Толкнула какой-то стеллаж, понадеявшись, что хранимые на нем припасы, смешавшись, начнут взрываться, и так и получилось.
Дымка стала моим спасением, я ринулась с места, но тугая веревка обожгла все тело.
Лассо! Оно не просто поймало меня, оно обмоталось вокруг, как удав, и принялось душить.
– Спасите! – выкрикнула я, пока еще была возможность.
В легких воздуха не осталось. Новый вдох я сделать не могла и, потому синея и задыхаясь, неминуемо приближалась к черте под названием «Смерть».
Глава 34
Мне казалось, что я бесконечно тону.
Тело опускалось все глубже в беспросветный мрак, но дна все не было. Лишь толща черной воды, сквозь которую доносились голоса.
Сначала неразборчивые, непонятные. Потом я стала различать и принадлежность к женскому полу и даже вспомнила, что уже их слышала раньше. И говорили они мне то же самое:
– Беги! Спасайся!
Я открыла глаза и уставилась в потолок. Не мой. Больше похожий на внутреннюю часть купола. Метнулась взглядом по помещению и узнала антураж.
Уже видела его во сне и даже пыталась нарисовать.
Круглая комната с одной-единственной дверью и алтарь… на котором нахожусь я. Вовсе не связанная, но от этого не легче.
В голове возникает мысль, что похититель не стал меня пеленать в лассо лишь по той причине, что уверен: мне от него никак не сбежать.
И вот это уже очень плохо.
– Беги! Спасайся! – Снова раздались загробные голоса из пустоты.
Я чувствовала присутствие их хозяек, но не видела тех, как бы ни приглядывалась.
– Куда бежать? Где выход?! – спросила я у них, зная, что со мной говорят мертвые ведьмы, которые свою в беде не бросят.
– Сюда. – Они поманили меня к одной из стен при помощи звука своих скучковавшихся в один поток голосов.
– Почему не к двери?! – уточнила я.
Голоса зашептали наперебой, но из их хора я ничего не поняла, да и не было времени разбираться. Ринулась туда, куда сказали, как вдруг за спиной раздался громкий хлопок двери, и тут же в паре сантиметров от меня пролетел огненный шар, отрезающий путь.
– Поздно, – в один голос прошептали мертвые и стихли, будто боялись своего палача даже после смерти.
– Не подходи! – выпалила я, выставляя перед собой руки, словно это могло чем-то помочь.
Господин в мантии был немногословен. Из его рукава выпало то самое лассо, которым он стегнул меня в лавке. От одного взгляда на это плетение я ощутила прежнюю боль.
– Не заставляй меня мучить тебя. – Раздался голос из-под капюшона, и я вздрогнула.
