Дракон

– Что-то не так, генерал? – поинтересовался сидевший рядом техножрец, бросавший на него восторженные взгляды.

– Боюсь, проблем с этими неизвестными будет много, – протянул Альказ, не отрываясь от работы.

– Вы? Боитесь? – удивился техножрец, услышавший только это.

– Что с тобой, приятель? – растерялся Альказ. – Это просто выражение. Но я, как любой нормальный ксенос, тоже способен испытывать страх. Так что ничего удивительного в этом нет.

– Но ведь вы же герой империи. С вами разговаривал сам верховный управляющий, – продолжал восторгаться техножрец.

От странного техножреца его спасло появление верховного дредноута. Услышав последнюю фразу, он жестом подозвал Альказа к себе и, дождавшись, когда он подойдет, тихо сказал:"

"– Не обращай на нее внимания. Изначально ее должны были направить в секцию размножения, но после проверки умственного потенциала подвергли стерилизации и отдали нам. Но ее либидо иногда превосходит чувство долга, и тогда она начинает вот так вот ахать.

– Так это самка? – окончательно растерялся Альказ, невольно оглядываясь, чтобы как следует рассмотреть техножрицу.

Широкая хламида с капюшоном оставляла открытыми только кисти рук и лицо, что не позволяло как следует рассмотреть фигуру любого техножреца и расцветку его шкуры.

– Самка, – коротко кивнул верховный. – И имей в виду, если у тебя вдруг возникнет необходимость встретиться с самкой, сообщи мне. Я пришлю ее или другую доступную особь. Помни, теперь ты не просто генерал. Ты стал легендой империи и не можешь довольствоваться тем же, чем пользуются простые офицеры.

Растерявшийся Альказ сумел только тупо кивнуть на его предложение.

* * *Разговор с начальником имперской безопасности продлился более двух часов. Молча сидевший перед ним разведчик внимательно слушал, не поднимая взгляда от столешницы. Сам граф, ставя Владу очередную задачу, чувствовал себя, что называется, не в своей тарелке. Хотя и терпеть не мог эту присказку. Когда-то какой-то не очень грамотный переводчик неточно перевел расхожую фразу на русский язык, и с тех пор она пошла в народ, хотя и была неправильной.

Молчание разведчика давило на психику графа с силой шумовой гранаты. Наконец, не выдержав, граф тяжело вздохнул и, оборвав себя на полуслове, резко сказал:

– Да скажи ты хоть что-нибудь, Влад!

– О чем именно? – безжизненным голосом уточнил разведчик.

– Да о чем угодно. Скажи, крикни, выругайся, сервиз этот о стену разбей, наконец. Только не сиди, словно мумия.