Впрочем, сейчас
глава академии выглядел не так благодушно, как в первую нашу
встречу.
– Лабренда, – сразу же обратился он ко мне, хотя Регул явно
пытался объяснить мне ситуацию первым, – посмотрите, пожалуйста, всё ли в порядке с этими документами, – и протянул мне стопку, которую я подготовила для планёрки.
Быстро пролистав всю пачку, я тут же выдернула лист из
середины и заложила палец в то место, где он был.
– Это не наша бумага, – категорично заявила я. – Здесь даже
почерк не мой. И среди документов не хватает сметы.
– Отлично, Лабренда, – чуть снисходительно похвалил ректор. – Я
не буду разбираться, каким образом в ваши документы попал другой
лист и где же смета – потом сами найдёте. Однако, из-за небрежного
отношения мы просто не сможем сегодня утвердить проект вашего
центра. Сами понимаете, без сметы…
Нечего и утверждать – это самая главная часть доклада. Это я
прекрасно понимала, однако ещё отлично осознавала, что бумажный
носитель – не обязательный атрибут. Помотав головой по сторонам, я
заметила в кабинете доску и мел.
Она, правда, не висела, а стояла и
вообще не ясно что делала в кабинете ректора, но меня устроило.
– Позволите ли вы мне за пару минут восстановить смету для всех
на этой доске? – не дрогнув, спросила я и указала на нужный предмет.
– Я помню все цифры, а остальным будет даже удобнее.
Ректор вздёрнул брови. В его глазах неодобрение сменилось
явным любопытством.
– Ну что же, дерзайте.
И я приступила. Регул, не растерявшись, тут же принялся
комментировать мои записи, когда я их делала.
Когда ему требовалось
что-то обосновать или пояснить, я ненадолго делала перерыв, и лишь
после переходила к следующей строке.
Обсуждение незаметно стало куда оживлённей. Феркад, пока я
писала, сделал бумажную копию сметы и вложил её в наш пакет
документов. И вот мы разобрали всю бюджетную часть и перешли к
следующей странице. Моя роль, конечно, на этом заканчивалась, но я
помнила материал и дальше.
Взглядом я указала Регулу на доску и чуть склонила голову.
Едва
заметно он кивнул, дав добро мне продолжать. Так мы и работали
дальше: я по памяти писала на доске все данные из доклада для
ректора, начальник объяснял подробности и отвечал на вопросы. А
ректор почему-то сидел довольный и, глядя на меня, кивал головой.
В итоге всё прошло прекрасно, все разработки утвердили, все
детали согласовали и полностью одобрили первое большое и затратное
исследование центра. Закончилась планёрка на радостных нотах.
