Я оказалась стоящей на собственной кровати в принадлежащей нам с Пенелопой комнате.
А в следующий миг затрубил рог. Подъём. Начался новый день.
Звук был внезапным, я подскочила до потолка, а всклокоченная Пенелопа уставилась изумлённо.
— Ты чего? — хмуро буркнула соседка. — Чего стоишь-то?
— Ничего, — выдохнула я.
Нацепив маску спокойствия, я спрыгнула на пол и отправилась в ванную — проблемы проблемами, но занятия никто не отменял. Более того, Эрвин может влепить каждой из нас по выговору, невзирая на обстоятельства.
Для меня исключений тоже не будет, скорее наоборот, поэтому расслабляться не надо.
Нужно двигаться дальше и верить в лучшее. Может пока буду на лекциях и Янтарчик проявится? Вдруг он недоступен потому, что… ну, например, поймал лезущих в школу фанатиков и прямо сейчас доедает их в каком-нибудь тёмном углу?
Я выдохнула и нырнула в ставшую такой привычной ученическую жизнь.
Оделась, собрала сумку, сходила с девчонками на завтрак, при этом не удивляясь тому, что сосредоточенные старшекурсники встретились даже в нашем закрытом для парней коридоре.
За завтраком благодарно кивнула Йерсу, а подойти и поблагодарить за альбом лично не смогла — рыжий был занят важным, судя по лицу, разговором. Общался с парой опять-таки хмурых парней.
После еды, выпив по чашке чаю — других напитков сегодня почему-то не предлагали — мы отправились на занятия. И вот там, когда уселись за парты и замерли в ожидании препода, Пенелопа вдруг сказала:
— Кстати, не знаю почему вспомнилось. Тот рыжий, когда приходил с подарком, был в таком удивлении от твоих цветов.
Я замерла, уставилась непонимающе.
— Ну от каменных роз, — пояснила Пенелопа, широко зевнув.
— Ты впускала его в нашу спальню?
— Нет, конечно. Просто, когда он заходил, дверь была распахнута, а твоё ведро на самом видном месте, его трудно не заметить.
Я медленно кивнула — если распахнуть дверь комнаты, то букет действительно видно.
— Было так интересно, — продолжила Пенелопа. — Рыжий ведь такой большой, сильный, такой мужчина… и вдруг разбирается в цветочках.
— Что значит «разбирается»? — тихо уточнила я.
Тревога, которую я так старательно заглушала всё утро, вернулась. Только к ней добавилась какая-то непонятная усталость, словно меня огрели чем-то тяжёлым по голове.
— Ну как… Он же сразу назвал сорт, ещё удивился как это уникальное растение из какого-то Джикс-фоста оказалось здесь.
— Из Джормс-форта, — поправила я. — Этот цветок растёт в окрестностях городка Джормс-форт, и только там.
