Высунул из воздуха голову и воскликнул удивлённо:
— Оу, лорд Эрвин, это вы?
Я скользнул взглядом по застывшей возле Источника Августе и уточнил у крылатого гадёныша:
— Как пробудили?
— Так само проснулось, — сообщил ящер. — Очнулось, едва вошли в зал.
Пауза. Я стал испепелять Хранителя взглядом, а он проявился уже целиком и принял покаянный вид.
— Эрвин, ты не подумай ничего такого, — сказал вдруг Янтарный. — Я ведь не только для неё, я и для тебя стараюсь. Августе необходим контакт с Источником, а тебе… видишь какая чудесная возможность нас застукать?
Угу.
Только эту возможность я создал себе сам.
— Не злись на нас. Мы хорошие, — добавил дух.
Мой скептицизм можно было загребать горстями и черпать вёдрами, но Янтарного это не остановило:
— Ну что, мир? Без претензий?
— Ты влез в мой сейф, — сурово напомнил я.
Миниатюрный дракон исчез. Было ощущение, что он где-то рядом, но у меня способности видеть непроявленных духов нет, пришлось переключиться на Августу.
Я готовился ловить её при падении, утешать, помогать пережидать боль, а вышло иначе.
Моя леди вернулась из подпространства не больная, а злющая! Причём злилась не только она.
Рёв драконицы, принудительно закрытое Око, наш выход из зала и прочно запертые двери…
Вот тут кадетка по-настоящему погрустнела, а я создал портал.
Мы перешли в место, которое уже в пору называть нашим гнёздышком — в кабинет в директорской башне.
Но прежде, чем галантно указать на гостевое кресло и приступить к допросу с угрозами, я сказал:
— Пойдём-ка поедим.
Глаза леди округлились. Потом она учуяла запах, который пропитал, кажется, всё. Всю башню и даже камни.
— Лорд Эрвин, это что? — насторожилась девушка.
Я загадочно улыбнулся.
Жареный картофель, разумеется. Всё утро на него убил!
Глава 18
Я никогда не интересовался кулинарией. Весь мой опыт сводился к нарядам по кухне, когда сам учился в стенах этой школы.
Причём опыт был недолгим, до середины второго курса. Потом старший повар уговорил директора убрать меня подальше от стратегического объекта.
Мол, не создан я для столь сложных вещей.
Поэтому, пока кто-то нарезал хлеб и раскладывал по тарелкам порции рагу, я стоял на тумбочке, мыл коридоры, либо подновлял краску на снарядах полигона. И это было лучше, чем торчать среди бесконечных котлов, плюющихся маслом сковородок и прочего инвентаря.
Кто бы сказал, что однажды я добровольно возьмусь за готовку — в жизни бы не поверил!
Но взялся, и даже справился с блеском.
