Драконье (не)счастье, или жена возврату не подлежит (СИ)

А если считать, что он меня укусил, получается, что он теперь тоже ко мне привязан. А значит я за него ответственна. Мало мне было одного питомца. «Прости, Ушастик!» — мысленно повинилась я перед своим прежним питомцем. Неужели учёные уже успели растащить его на опыты?

— Я заключил его в магическую клетку. Хотя вроде бы сейчас он не проявляет агрессии. Но кто его знает, — Смайз сделал жест рукой и к нему по воздуху подлетела клетка с абсолютно милым и добродушным зверьком. Тот свернулся клубочком и мило смотрел на мир вокруг.

Казалось, клетка его ни капли не пугала. Увидев меня, он коротко муркнул и вскочил.

— Отпусти его, — попросила я.

Всё было хуже некуда и только мысль о том, что он должен что-то изменить не давала сложить крылья.

Эверен в сотый раз осмотрел комнату. Маленькая — шагов десять в ширину и пятнадцать в длину. Окна не было. Только свежая каменная кладка. Драконьи предки! Зачем он вообще ввязался во всё это?!

Он подошёл и облокотился на спинку кресла. Стоило только Ксаву с королём улететь, как Джулия пропала.

Он как раз тогда отдыхал в своём кабинете. Кажется, даже пролистывал какую-то книгу, в надежде, что наконец-то жизнь наладится. И вдруг почувствовал тоненький укол в руку. Как будто пчела ужалила. Сначала не понял, а потом посмотрел на запястье. Это подавала знак связь с риис.

Что-то с Джулией? Он вскочил, бросился к двери, а ему навстречу выбежала Миврис.

— Папа, папа! Джули пропала! — Дочь заливалась слезами. Он бросился за ней. Сейчас улетит за своим скоровищем, отыщет.

Наверняка кто-то обошёл защитные плетения и украл её. Разметать, догнать и устроить поединок. Всё в нём кипело от гнева.

Эверен поспешно вышел из комнаты и наткнулся на молчаливую гвардию Его Величества.

— Генерал Эверен, Ваше Величество срочно просит вас во дворец.

— Скажите, что я занят, — буркнул он, пытаясь обойти гвардейцев. Но они не сдвинулись ни на дюйм.

— Не положено. Его Величество очень заинтересован в вас и в вашем питомце. Поступил приказ доставить вас во дворец.

Он зарычал от ярости, но идти на открытое противостояние не решился.

Трезво оценил силы. Против десяти гвардейцев, да ещё и в обличиях ему не выстоять. Ничего, слетает, увидится с Ксавом и всё выяснит.

Это потом уже, через пару часов ему пришла в голову мысль. Что кто-то же должен был оставить в защите такие филигранные пустоты, специально для гвардейцев. Верить не хотелось, разочаровываться больно, но кто если не Ксав? Печально было чувствовать себя разменной монетой в чужой игре.