Драконьи Авиалинии

— Что значит — с тобой? — Я проигнорировала обидное сравнение с собакой. — У тебя что, комнаты нет? Да самого завалящего дивана?

— Не имею ни малейшего желания устраивать разборку. Я сказал, что ты спишь со мной, значит, ты спишь.

Погонщик, ухватив меня за многострадальный локоть, потащил к спальне. На миг я перепугалась, но потом все же поняла, что ничего, кроме сна рядом с этим гадом, мне не грозит. Немного, но успокоилась.

И только потом вспомнила, что все еще в праздничном платье. Что ж, посплю в нем, а вот макияж лучше смыть.

— Я хочу умыться! — вырвала руку из пальцев Кайла.

— Прошу, — усмехнулся тот. — Твоя щетка синяя. Новая, не беспокойся.

Он уже и щетку продумал. А пижаму, случайно, для меня не купил? Впрочем, представляю, какая там может быть пижама.

Однако все оказалось намного хуже. А может, это мое восприятие сыграло со мной злую шутку, окончательно испортив настроение. Потому как Погонщик, едва я вышла из ванной, бросил мне свою рубашку.

— Будешь спать голой, будь готова к тому, что я мужик.

Рубашка была чистой, пахнущей чем-то свежим, с легким оттенком мяты. Мне запах понравился. И цвет — серо-голубой, спокойный. Пришлось снова сбегать в ванную, чтобы переодеться. При моей худобе и невысоком росте рубашка как раз закрывала все, что нужно.

Кайл спал, когда я вошла. Кстати, спал на чистой подушке. Куда делась измазанная зеленкой, я поняла, только когда откинула покрывало со своей стороны. Да-а-а, мы с ним, похоже, стоим друг друга.

"Едва слышно, чтобы не разбудить новоявленного муженька, я взяла подушку и на цыпочках начала красться к двери. Переночую у Эльки, а наутро буду думать, как выбраться из этой передряги. Сейчас я слишком устала.

Проходя мимо Кайла, я затаила дыхание. И взвизгнула, когда он резко приподнялся, вцепился в мою ногу и дернул, заставляя упасть на кровать.

— Я тебе что сказал? А ну спать!

Меня уложили рядом и замотали в одеяло так, что не выбраться.

— Сияющая, я чутко сплю. Дернешься в сторону двери, сломаю тебе руку.

Мне оставалось лишь обиженно засопеть, отодвинуться как можно дальше и попытаться уснуть.

В таком состоянии это оказалось проблематично. Я никак не могла избавиться от проклятой, отвратительной жалости к себе. И накручивала себя, размышляя обо всем, что предстоит. Завтра я попробую добиться помощи у того человека, который придет с контрактом.