Драконьи Авиалинии

Конечно, ситуация в «ДА» никогда не была простой, но в последний год все как-то поутихло. Было это затишье перед бурей, или же действительно все у нас шло на лад, я не знала.

— Блейк! — Кайл и Элла, верно, уже вылезли из бассейна и звали меня завтракать. — Давай скорее, здесь блинчики со сметаной, как ты любишь!

Желудок действительно требовал срочно подкрепиться, и я не стала противиться своим желаниям. Несмотря на то что накануне мы с Кайлом выпили целую бутылку вина в связи с началом моих каникул. И если мужу от такого количества алкоголя ничего не сделалось, то моя голова кружилась и то и дело подбивала меня на всякие глупости.

Я невольно покраснела, вспомнив, чем эти глупости закончились.

— Иду! — Окно было распахнуто и Кайл наверняка меня слышал. — Только умоюсь.

В зеркале мое лицо выглядело не так уж и плохо. Впервые за долгое время отдохнувшее и веселое. Совмещение работы и учебы, а еще воспитание Эллы и Кайла — дело нелегкое.

Сон… Мне казалось, о подобном занятии я лишь читала в книжках.

Мельком глянув на термометр, я ухватила из шкафа первую попавшуюся рубашку. И невольно улыбнулась, поняв, что достала ту самую рубашку, которую носила в первые дни своего пребывания в доме Кайла. А что? Подразним мужа. Ему можно, а мне нет?

Надевая рубашку и закатывая рукава, я нащупала что-то в нагрудном кармане.

Это оказался небольшой календарик из плотного матового картона с логотипом «ДА».

Я села на кровать. Удивительно, что календарь попался мне именно сейчас, когда все было так спокойно. Совсем было забыла… Выглянула в окно. Кайл и Элька уже завтракали. Небо затянуло тучами, но лучи солнца все еще пробивались в сад, придавая ему какой-то зловещий вид.

Сегодня был год со дня моей свадьбы. Сегодня Кайл обещал дать мне развод.

Помнит ли он об этом обещании и сдержит ли его? А самое главное, хочу ли этого я? Впрочем, скажет уйти, умолять не стану, за год жизни с этим мужчиной я поняла очень важную вещь: нельзя унижаться.

Кайл. Его я так до конца и не поняла. Но, кажется, влюбилась по самые уши. Когда? Пожалуй, когда увидела его в лекарском доме, избитого и умирающего, но разрешившего дочери себя обнять. Понимавшего, что, возможно, видит ее в последний раз.