Драконьи Авиалинии

— Блейк, я понимаю, ты расстроилась и обиделась. Но позволь мне все объяснить! Давай сходим, пообедаем, я тебе расскажу всю историю, и сама решишь: послать меня или дать возможность искупить свою вину.

И он на меня уставился. Таким жалобным взглядом, что я едва сдержала смех, рвущийся наружу.

Зейн подкараулил меня на входе в «ДА» и категорически не хотел пускать, забаррикадировав своей тушей вход. Когда со стороны подступающих сотрудников послышались возмущенные возгласы, Погонщик отвел меня в закуток, где стояла какая-то несчастная пальма, и принялся убеждать едва ли не в том, что его собираются причислить к Высшим.

Уж не знаю, что он там придумал, но сначала он что-то нес насчет давней подруги. Не называя имен, правда, так что поржать над враньем о жене не вышло.

— Зейн, — естественно, я не могла справиться с взрослым мужиком, — отстань от меня, а? В Лесном толпа симпатичных девок. Найди другую и развлекайся с ней, ладно?

— Блейк, я не хочу развлекаться! — Погонщик или злился, или умело притворялся. — Ты мне нравишься.

— Огненный, ты мне тоже нравишься, — раздался мрачный голос Кайла. — Пошли, наедине пообщаемся о наших чувствах?

Я фыркнула. Элла меж тем радостно бегала по холлу и хихикала над собственным отражением в больших зеркалах. Прелестный ребенок.

— Златокрылый, отстань, — раздраженно отозвался Зейн. — Я вообще-то разговариваю.

— А я сейчас к делу перейду, — предупредил Кайл. — Отвали от моей практикантки, дорогой, а то я буду ревновать.

Он явно издевался над Зейном и получал от этого удовольствие.

Ну в кои-то веки смеются не надо мной. А Зейн, кажется, не привык к откровенной издевке. Он странно покраснел, злобно глянул сначала на меня, потом на Кайла, а затем резко развернулся на каблуках и с дикой скоростью скрылся в коридоре.

— Спасибо, — пробормотала я.

— Два золотых. — Кайл вложил в мою руку деньги. — Один на девчонку, второй — плата. Ребенка к шести приведешь. Свободна.

И, пока я отходила от шока, Погонщик добавил:

— Да, завтра у нас полет, и я хочу, чтобы ты была здесь к восьми.

И вечером составишь план полета, раз уж ты в этом такой мастер."

"— Он издевается? — возмутилась я, ни к кому, собственно, не обращаясь. — Весь день возиться с его ребенком, вечером составить план полета, а утром ни свет ни заря притащиться, чтобы лететь с ним. Может, мне сюда жить переехать?

— Можешь и переехать. — Кайл, как оказалось, остановился с кем-то пообщаться. — Тебе все равно жить негде.

— Козел! — Мы с Талером сказали это одновременно.