Какой интересный спасатель!
- Катарина! Ты меня слышишь?
Вообще-то меня зовут Катерина, но учитывая происходящее, лучше не спорить, а отозваться.
- Да…
- Не бойся, все позади. Леманн отнесет тебя к отцу, мэтру Эграсу. Ты оступилась и упала с утеса в воду, но мы успели тебя вытащить.
Ко мне обращались ласково и твердо, словно разговаривали с неразумным ребенком и не были до конца уверены, понимаю ли я слова и происходящее в целом.
Повернув голову за движением мужской руки, я увидела скальную прибрежную линию, проходящую прямо над гладью озера.
Как я здесь оказалась? И зачем я гуляла в таком опасном месте?
Но промолчу, не буду спрашивать. Мне вообще сейчас лучше молчать и слушать. Потому что ладони, которыми я упиралась в песок, были не мои привычные узкие и ухоженные, а совершенно незнакомые - мягонькие и полные, с обгрызенными ноготками.
Стоявшие неподалеку парень с девушкой, не участвующие в моем спасении и неприязненно меня обсуждавшие, выглядели переодетыми актерами из средневекового фильма. Старинные фасоны одежды: у парня - сюртук, у девушки – длинное платье с вышивкой и оборками.
Да и тонкие рубашки двух моих спасателей, сидевших на песке рядом, были украшены вышивкой и защипами.
Все по-летнему одеты, а попала я сюда из промозглой зимы. Точнее с моста... по дороге на девичник. Что со мной произошло?
Мамочки, я же невеста, и у меня скоро должна состояться свадьба!
Тот же день (14 февраля), другой мир, тремя часами ранее
Все началось со звонка Виктора. Я ехала на собственный девичник на заднем сидении такси, глазела по сторонам и улыбалась во весь рот как сумасшедшая, уверенная, что в моей жизни наступает новая, светлая полоса, после целого года печали.
Когда «ушел» папа, я долго не могла с этим смириться. Казалось - произошла ужасная ошибка! Он просто уехал в командировку и вот-вот вернется. Прижмет меня к холодной шинели, погладит широкой ладонью по голове и спросит:
- Как ты без меня, кнопа?
Отец никогда не ругал за сбитые коленки, порванную одежду и мелкие шалости.
Став вдовцом, так больше и не женился, разделив свою жизнь между мной и службой.
А когда его не стало, со всех сторон посыпались предложения о помощи и поддержке. Немногословный, с тяжелым взглядом и еще более весомым характером, он умел по-настоящему дружить, и все тепло взаимоотношений его друзья перекинули на меня."
"Особенно часто у меня в гостях начал появляться Майкл, один из учеников папы, офицер следственного отдела. Он оказался заботливым, внимательным.
