Я извернулась, пытаясь уцепиться за балку. И даже удержалась на пару мгновений, но закоченевшие руки не выдержали веса тела и разжались.
- Удачи, храбрая девочка с большим сердцем, - перед глазами мелькали всполохи, воздух почему-то становился все жарче, а голос звучал все тише. – Я потрачу все свои силы и подарю новую жизнь. Но кое-что останется неизменным, там ты тоже будешь невестой. И самое важное – найди…
Дослушать не получилось. То, что неминуемо должно было произойти – случилось. Бултых. И я упала в воду.
Теплую?
Глава 3. Кусты и отношения
Как же я не люблю странные и необъяснимые последствия собственной торопливости. Сто раз себе говорила, будь внимательней, изучай детали. Но нет, вечно мчу куда-то, глаза горят, волосы назад, а потом БАЦ, нога скользит и надо выплывать из омута.
Говорю со всей ответственностью - новая жизнь не задалась сразу. Сначала без объявления войны я попала на дно какого-то водоема. Едва не утонула, спаслась чудом и помощью двух молодых людей, зато пришлось выслушать о себе гадости от неизвестной девицы.
И что, этим все закончилось? Может быть меня отнесли и уложили на мягкую кровать? С нежными простынями и чашечкой кофе на прикроватном столике? Как бы не так.
Прошло всего минут пять после чудесного спасения, а уже пришлось плестись за неким Леманном по пыльной дороге. Путь поднимался в горку. Я шла, тяжело дыша и пытаясь не споткнуться о мокрую тяжелую ткань длинного платья.
Идущий впереди белокурый провожатый молчал. А я, стараясь не привлекать его внимания, в шоке рассматривала свои пальцы.
Маленькие и пухленькие, с милым жирком под загорелой поцарапанной кожей.
Осознание происходящего падало на меня с неотвратимостью горного обвала. Это НЕ мои ладони. И все тело к моему прежнему не имело никакого отношения. Я потела от усталости, чувствовала, как верхняя часть ног трется при ходьбе, а по спине меня колотили две длинные растрепанные желто-рыжие косы.
Но в наибольший ужас меня все-же приводили именно руки. Не помню, чтобы даже в далеком детстве у меня было столько сала на каждом пальце.
Я в другом, неизвестном мне мире. В неуклюжем и непослушном теле. Одна-одинешенька и без малейшего понятия почему ко мне с таким пренебрежением относятся.
- Эй, побыстрее ногами шевелить можешь? Понимаешь меня?
Живописные, чуть вьющиеся светлые пряди подчеркивали строгость черт породистого лица Леманна. Говорил он холодно, как и выглядел. Ни малейшего признака раздраженности.
- Два вопроса, - буркнула я.
