И, глядя на меня, Ания как-то сказала дяде:"
"— Знаете, я ошибалась в вас. Боялась, что рано или поздно вы снова возьмётесь за старое. Интриги, демоны, коварные планы… Но вместо этого вы пишете книги, занимаетесь изобретениями и воспитываете маленькую девочку, вашу племянницу. Созидаете, а не разрушаете. Я наконец-то могу простить вас, и я этому рада.
Дядя не ответил ей, быть может, потому, что был чересчур взволнован. Зато протянул руку, и Ания её пожала…
Я вернулась в настоящее и глотнула чаю, мрачно думая, ошибалась ли, на самом деле, достойная Ирр-Ания, и можно ли назвать созиданием усложнённую формулу вызова демонов?
— Кэрхильд, — голос дяди вывел меня из размышлений.
— Пока мы не начали ругаться, сообщу тебе хорошую новость: у Рика и Ании родились двое драконят, мальчик и девочка.
Я оживилась:
— Драконята? Это действительно отличная новость! Ты же их поздравил?
— Разумеется. Надеюсь, что и ты это сделаешь, — ответил дядя, и, переведя на него взгляд, я поняла, что мне совершенно не хочется ругаться или выяснять насчёт этих проклятых формул.
Ну, почему всё в жизни так сложно?!
— Я сделаю это прямо сейчас, — надиктовав Замку письмо, полное сердечных поздравлений и добрых пожеланий, я отправила его. А затем допила чай и, смирившись с неизбежным, повернулась к дяде. Всё это время он ждал и напряжённо размышлял над чем-то, время от времени барабаня пальцами по столу.
— Готова меня выслушать? Вот и хорошо, — безо всяких предисловий начал дядя, и мне это не нравилось.
— Как ты понимаешь, моя милая девочка, я всё узнал про тебя и Альтена. В вашей академии много болтунов, так что недостатка в источниках сведений не было. Итак, он сначала вскружил тебе голову, потом решил заключить выгодный брак с Ваэльс-Тимнией, племянницей супруги альгахри, верно?
— Это не он решил, — тихо отозвалась я, не отрицая, что Альтен вскружил мне голову. — Его отец…
— Неважно, — отрезал дядя, не сводя с меня своих пронзительных синих глаз. Я неуютно заёрзала на месте.
— Альтен не воспротивился, вот что важно. А теперь скажи мне, что ты чувствуешь? — Он приложил ладонь к сердцу. — Здесь сильно болит? Как будто твоё сердце кровоточит изнутри? Только скажи мне правду. Не обманывай, Кэрхильд.
Демон побери, как он догадался о моей боли?! Я посмотрела в лицо дяди, и возникло совершенно дикое ощущение, словно он проникает в мои тайные мысли, опутывая их серебристыми нитями паутины и вытягивая наружу.
