Если напортачила — останусь без масла, без чайника и в кромешной тьме…
Но как же рада я была, увидев чадящий жёлтый огонёк!
Так где я?
Через минуту я знала точно: у тролля в заднице, по-иному это место не назвать. За спиной был серый, даже почти чёрный камень, ровный, гладкий, чуть сыроватый. Опереться не на что, ухватиться или уцепиться тоже. Дыра, в которую я провалилась, просматривается смутным пятном высоко над головой и, очевидно, добраться до неё никак не получится. Под ногами — камень. Но выход из ловушки — щель, похожая на ту, через которую я сюда попала, — всё же имелся.
Надо посмотреть, куда он ведёт… Точно надо, вон как пламя наклонилось! Значит, есть сквозняк!
Проход, в который я осторожно сунулась, сначала сузился так, что пришлось протискиваться боком, но потом стены расступились. Я смотрела больше себе под ноги, чем по сторонам — боялась ухнуть ещё глубже. И не сразу поняла, что попала в пещеру. И — самое главное! — в дальнем конце слабо виделся сероватый отблеск. Похоже, сюда как-то проникал дневной свет!
Шла я о-очень осторожно.
Пока выходило, держалась стенки. На каждом шагу пробовала пол впереди, прежде чем поставить ногу. И прислушивалась: вдруг в такой большой пещере кто-то живёт? Когда под потолком зажглись красные глаза, не сразу поняла, что это летучие мыши. Сначала просто остолбенела от испуга, а потом выхватила кинжал. А когда дошло, кого вижу, облегчённо вздохнула. Мыши… ерунда, эти не съедят. Они сами меня боятся."
"Ну, что там? Выход или ещё одна недоступная дыра в потолке? Оказалось, ни то ни сё, а широкий разлом высоко в стене.
Но добраться до него вполне возможно — скала неровная, идёт уступами, а внизу валяются крупные обломки.
Прижав руку к сердцу, вознесла молитву Богине-матери за то, что меня, дуру непутёвую, пожалела. Как приду в первый же храм, самую толстую свечу поставлю и три серебрушки на благие дела отдам.
Погасила огонёк. Аккуратно вытянула из носика чайника испорченную тряпку-фитиль, положила на большой камень, а маленьким, чтоб не сдуло, придавила сверху.
Масло бережно сцедила назад в склянку. Ух ты, горело совсем недолго, а половину бутыли как корова языком слизала! Туго завязала мешок, закинула на спину и полезла наверх. Дождь там, не дождь — мне без разницы. Лишь бы до темноты из этого склепа выбраться.
Руки я ободрала. И порвала, зацепившись за острый уступ, штаны. Но до пролома добралась. Выглянула — и ойкнула.
Заходила я с ровного места, со стороны придорожного леса.
