Не вырвется, самоубийца фигов! И ничего, что руки теперь заняты, на одних ногах выплыву! Только вот воды наглоталась по самое не хочу, и воздух уже кончается, в глазах темнеет…
Но его я не отпущу!
Не отпущу…
— Сиана! Сиана, наказанье ты моё! Ну, очнись же, приди в себя! — звавший издалека голос был настойчив и знаком. — Ну же, ну! Дыши!
Что-то резко надавило на грудь, заставив закашляться и выплюнуть фонтанчик воды.
— Вот, молодец! — И, уже другим тоном, грустно-прегрустно: — Знала бы ты, что натворила… Я столько сюда шёл…
Горло почему-то саднило.
И болела грудь… А дышать носом было невозможно, там булькала вода.
Попыталась открыть глаза.
Наверху небо, голубое, яркое. Облачка плывут. Беленькие такие, пушистые. А я, я лежу на спине на траве, на берегу того самого озера. Рядом на коленях голый Киршен. Смотрит на меня, сам мокрый, с волос капает, а лицо несчастное-пренесчастное, по щекам слёзы катятся. Ну вот, парень, а плачет. Это он так расстроился, что я ему утопиться не дала, или за меня переживает?
— Что же ты наделала…
— Ш-што? — закашлялась я.
— А ты зачем топиться решил? Разве так мошшно? У тебя ж мама есть, она волнуется, ш-шдёт, наверное, а ты…
— Так это ты меня спасала? — улыбнулся он сквозь слёзы.
А что, непонятно? Как-то по-другому истолковать можно? Вот мокрый дурак!
«Ты интересная…» — послышался в голове незнакомый голос.
Заморгала: что это? Вроде не померещилось… Тогда кто со мной говорит? Или я, побродив в одиночестве по горам и пообщавшись с этим придурком, тоже такой, как Кон один раз выразился, альтернативно мыслящей стала? Голоса слышу и сама с собой беседую?
«Не дракон по крови, но напилась моей воды.
И теперь получила недостающее… — в голове раздался смешок невидимого собеседника, — …так что станешь. Это тебе награда за то, что спасала другого, рискуя собой».
Завертела головой. Да кто же это? Прежде бредить посреди бела дня мне не доводилось.
«Смешная. Расскажи всё ему».
Голос смолк. Даже по-другому — ушёл.
— Сиана, что с тобой? Ты вдруг застыла.
— Со мной вроде как кто-то говорил, велел всё тебе рассказать.
— Что всё?
— Не знаю точно… Наверное, то, что я тоже немного дракон. У меня дед полудраконом был, а ещё от матери немножко досталось. Вместе вроде бы около пятой доли. Я и молчала, потому что знала — крыльев мне не видать. А сейчас мне сказали, что я напилась воды и, — запнулась, вспоминая слова, — получила недостающее. Ты знаешь, что это значит?
Он вперился в меня и насупился, словно осмысливая услышанное.
