И слава богам, а то на меня, так и застрявшую верхом на привязанном к коновязи Волке, уже стали нехорошо поглядывать прохожие.
— Ну, слушай, Суна. Для меня новостей нет. Но и для тебя, похоже, тоже. Настоящих магов в Суре не водится. Мне сказали, что в городе постоянно живут только два травника и один алхимик. Лечат людей, снадобья в аптеки поставляют. Хотя, может, у кого-то из них небольшая Сила есть. Поехали, поспрашиваем?
Я почему-то думала, что травничеством промышляют женщины, а алхимик будет мужчиной.
А оказалось всё не так. Точнее, не совсем так. Женщин и впрямь было две, только алхимией как раз занималась одна из них.
Начали мы с травников. Первой разыскали хитроглазую бабку, которая с порога пообещала мне кожу белее молока, чтоб все парни рты пооткрывали, а потом табуном следом побежали, а Тивалю — мужскую силу, чтоб все девушки ахнули и попадали. В результате, вместо того чтобы побелеть, я от смущения покраснела, была названа потиравшей руки знахаркой «ягодкой-малинкой» и как ошпаренная вылетела из лавки.
Следом выскочил сконфуженный Тиваль. Похоже, ему успели добавить ещё что-то интересное напоследок. М-да, как-то не так я себе представляла знакомство с магом.
— Ну и ведьма! — подвёл итог визита патрульный.
Я согласно закивала.
Мужчина-травник понравился мне больше. Бородатый, лет сорока, он с порога на наш вопрос ответил, что сам не маг, но целебные свойства корней и трав изучает с детства. Знает, что жар сбивает, что из ран гной выводит, что волосам помогает расти, что успокаивает, а что силы восстанавливает.
Говорил неспешно, основательно так, со знанием дела. И, когда Тиваль задал вопрос, не стал увиливать да хитрить, а подробно ответил. Мне понравилось. А Тиваль даже попросил составить такой сбор, чтоб, если ранят, помог кровь остановить и сознание не потерять. Купил три пакета и пояснил: «Нашим». Когда вышли из лавки, добавил:
— Мы обычно в одной проверенной аптеке отовариваемся. Сразу оптом бинты, вату, разные настойки берём.
Тут я раньше не бывал.
На вопрос о других магах в городе бабка не ответила, а мужик честно пожал плечами, что, мол, как-то не интересовался. Ему и работы, и покупателей хватает.
Вся надежда оставалась на алхимика. Казалось, что человек с таким заковыристым названием должен быть особенным и знать то, что неведомо больше никому.
Я не ошиблась. Особенность мы почувствовали ещё на улице, когда у меня защипало нос, а под копытами Волка заструился зелёный туман.
