Сразу понял, как увидел.
Я бы ее прямо с утра сегодня в разгромленной гостиной выебал, прямо башню снесло, как глянул на нее, испуганно сжимающую пальчики на полотенце.
Мелькнуло в голове, что она совсем голая там, под этой тряпкой… И… Привет всему, бля!
Похер на мелкого пакостника, на разгромленную по его милости гостиную, на все вообще!
Только девчонка, длинногогая, с волосами растрепанными, гривой до задницы, с глазами огромными, испуганными, губами, мною неоднократно истерзанными…
Моя, блять, моя совсем!
Это что-то звериное было, дикое.
Никогда не ощущал ничего подобного…
Я двинулся к ней, словно слон в течке к самке, но гребанный ушастый таракан опередил.
Кинулся защиты искать у родных сисек!
У меня от такого нахальства градус сбился, жажда крови вернулась, и мы с Драконяшей принялись со вкусом ругаться.
А потом она от меня побежала!"
"Сучка, провоцировала специально!
Я с удовольствием спровоцировался.
Ну а дальше…
Дальше она сделала ход конем, красиво скинув полотенце к ногам.
В этот момент я понял, что происходило с теми мужиками, что разглядывали, как юбка у Мэрилин Монро поднимается, и кончали… Раньше не осознавал, ну дует ее ветром и дует… А тут…
Бля, как сердце не остановилось, не знаю до сих пор.
Она стояла передо мной, высокая, тонкая и фигуристая одновременно. С нежной грудью, на которой уже вовсю расцвели следы моих губ, и это выглядело одновременно порочно и невинно.
Она вообще умудрялась выглядеть нереально невинно, несмотря на все, что я с ней делал этой ночью.
И на все, что еще сделаю. Много, очень много всего!
Я шагнул к ней, с огромным удовольствием поймал на слове…
Накажу… Конечно, накажу, Драконяша ты моя дикая.
Вымотала все нервы, зараза, под кожу пробралась!
Я знал, что груб, что с нежной девочкой надо бы по другому, но ночью в постели Драконяша показала себя достойным противником, а потому я был уверен, что ей все это тоже будет в кайф.
И не ошибся.
Рот, влажный, горячий — просто рай какой-то блядский! Как не кончил сразу, хер его знает!
И взгляд ее снизу, и грудь, плавно покачивающаяся от моих движений.
И вся она, гладкая кошечка, мягкими лапками поймавшая меня за яйца. Я имел ее в рот, а она держала в кулаке всего меня. Всего, блять.
Не знаю, чем бы это все кончилось, вполне вероятно, что я бы не выдержал, и упал рядом с ней на колени, неистово зацеловывая, доводя до полуобморока, что не особо правильно для мужика, как-то… нежно слишком…
Но тут позвонила ее сестренка. И затеяла светскую беседу.
