И лишь когда его окликнула Рябинка, а рёбра ему сдавили когти, Листик сообразил, что одноглазая назначила ещё жертву.
Выбрала второго человека на ужин. Его.
Глава 18
ЛианаСамым трудным в поисках драконьих сокровищ оказалось то, что после рождения Лианы никто не видел и малой его доли.
Это девочки узнали не сразу. Фиалка обошла всех купцов в Доблести и так невинно, как только умела (то есть не очень), поинтересовалась, платит ли Драконоборец золотом, самоцветами или еще чем таким.
Купцы хихикали и беспокойно отмахивались, мол, топай отсюда, девочка, а если отвечали, то почти одинаково: Драконоборец – не обычный горожанин и не обязан платить за всё, что берёт! Он же владыка Доблести и денег у него как у драконьей королевы! Мы в его платёжеспособности не сомневаемся, ха-ха!
– Нет, вы погодите, – не уступала Фиалка. – Когда он в последний раз платил?
Тут люди принимались мямлить, нервничали ещё сильнее, а Фиалку выпроваживали из лавки, не говоря больше ни слова.
"
"В городе, напомнила Фиалка, негласно действует принцип «услуга за услугу». Если, скажем, Драконоборцу понравится работа какого-нибудь портного, он всем похвалит мастера, и вскоре его лавка станет самой преуспевающей в Доблести. Или если какой-нибудь свечник изготовит свечи с особенным ароматом «Драконоборец», то вскоре наверняка переберётся в одну из самых просторных пещер-лотков на рынке.
– Если не ошибаюсь, твой отец расплачивается не монетой, а влиянием, – пояснила Фиалка.
– Ха, – сказала Лиана. – Тогда … где деньги? На что они ему, если он их не тратит?
– Складывает, наверное, в пещере и купается в них, – предположила Нарцисса. – Не то чтобы я сама распорядилась бы горой золота и самоцветов именно так …
Лиана рассчитывала увидеть золото хотя бы мельком в следующий раз, когда отец прикупит что-нибудь крупное. Однако у почитателей Драконоборца, видимо, не нашлось ничего стоящего, на что он потратил бы деньги.
Нарциссу же отправили к её бабке, старейшей жительнице Доблести.
Прошло не слишком гладко.
– Бабуля спросила, куда делись мои жёлтые банты, – возмущенно доложила Нарцисса. – Еще она сказала, что моя форма унылая и совершенно мне не идет. Потом раз так восемьсот тысяч, наверное, велела сидеть смирно и спросила, с какой стати я вообще интересуюсь нападением драконов на старую деревню.
