Драконовы меры (СИ)

Сердце зашлось в бешеном танце, а ноги разом ослабели, так что я никак не могла встать."

"Дракон легко подхватил меня на руки, решительным шагом двинувшись на выход. Но я не могла так просто оставить ребенка.

— Мама, а вы точно справитесь? — уже почти в коридоре уточнила я.

— Сделаю вид, что не слышала. Идите уже. Не мешайте нам общаться. У нас, между прочим, тоже есть свои дела. Правда, моя хорошая? Кто у меня такой красивый?

* * *Малиаз поставил меня на ковер в спальне и принялся быстро расшнуровывать платье.

Удобное и простое, оно соскользнуло с плеч почти тут даже, оставив меня в одной нижней рубахе.

— Погоди, — вдруг почувствовав себя, неуверенно запротестовала и попыталась отодвинуть драконовы руки. Только мой супруг был вовсе не тем, с кем просто справиться. Потребовалось настоять на своем, чтобы Малиаз остановился.

— Что не так? — строго, нетерпеливо поинтересовался дракон, не выпуская меня из объятий, но перестав стягивать сорочку.

— Не снимай ее. Я сильно раздобрела и у меня живот торчит, — едва ворочая языком проговорила.

Я даже велела убрать пока зеркало из ванной, чтобы лишний раз не видеть свое изменившееся тело. И если мне самой неприятно, то что говорить о таком великолепном драконе, как Малиаз.

— Я знаю. Ты недавно родила мою дочь, — с каким-то удивлением отозвался мужчина, словно не понимал, о чем я говорю. — Так и полагается. И грудь у тебя полнее стала. А как от тебя пахнет, — пропел он, скользя большими ладонями по расплывшейся талии сквозь тонкую ткань сорочки и останавливаясь на упомянутой груди.

От легкого касания я вздрогнула всем телом: это место стало невероятно чувствительным после появления ребенка.

— Вот и я говорю, не надо сорочку снимать, — попыталась настоять на своем, уже не очень помня, с чего начала. Руки супруга изрядно отвлекали от важного разговора. — Я толстая и некрасивая.

— Ты стала матерью. Ты мягкая и уютная. Нежная и чувственная, — не отставал дракон, потянув подол рубахи вверх. Мне даже показалось, что если буду сопротивляться, он просто порвет ее одним рывком, столько упрямства было в его действиях.

 — Не нужно принимать меня за дурня. Скоро три года, как мы женаты, и я вовсе не ребенок, чтоб не понимать естественных жизненных процессов. И от твоего нынешнего вида у меня кровь пылает ничуть не меньше, а может быть и сильнее, чем раньше.

— Не врешь?

— Какая ты стала неуверенная, — с напускной тревогой произнес Малиаз, обнимая крепче и прижимая к себе едва ли не до хруста.