Простит ли он меня? Или проклянёт и скажет, что знать меня больше не желает?
Чем ближе встреча, хоть и на расстоянии, тем сильнее тяну время, придумывая себе ещё какие-то дела.
Долго высушиваю волосы и тщательно укладываю их волосок к волоску. Собираю свою гриву в тугой узел на затылке.
Надеваю форму драконов космического флота с эмблемой команды «Кинжал». Под эмблемой моё имя и должность — хирург, Арианна Мэй.
Затем на лицо накладываю лёгкий макияж.
Смотрю на себя в зеркало и в отражении вижу собранную, уверенную в себе успешную женщину.
Но стоит поглядеть точно в глаза, сразу видно, как в них плещется… нет, не страх. Скорее, стыд и… раскаяние?
— Ох, Николас, — произношу своему отражению едва слышно, — мне так нужно твоё прощение и твоё понимание.
Надеюсь, очень надеюсь, что он поймёт, простит меня и примет мой выбор: выбор жизненного пути в космосе, выбор мужчины. Если не примет, то мир не рухнет, но мне будет сильно погано на душе и на сердце повиснет тяжкий груз.
Облизнув губы, выхожу из своей каюты и медленно направляюсь на мостик.
По пути встречаю рвана. Ящер снова при виде меня замирает и бочком-бочком улепётывает прочь.
Пожимаю плечами и усмехаюсь про себя. Странное поведение у рвана. Как только меня видит, сразу подаётся в бега. Думает, что я снова его в какое дело затяну?
Надо бы узнать у адмирала про него. А то как-то несолидно даже, ящер меня шугается, будто это я зверь, а не он.
С этими мыслями как-то слишком быстро достигаю мостика.
С бешено колотящимся сердцем вхожу в святая святых и замираю на пороге.
Шлюз с лёгким шумом закрывается за мной.
— Ари, мы почти закончили, — сообщает мне и улыбается Рикард.
Адмирал такой счастливый. Глаза мужчины сияют – настоящий космос, лицо его светится искренней радостью и довольством. Он и не скрывает своих эмоций и чувств.
Мне кажется, но он будто моложе стал выглядеть. Всё-таки не зря говорят, любовь творит чудеса.
Даже члены экипажа выглядят не такими напряжёнными, как раньше. Всё же адмирал свою пару встретил, это большое событие.
Уверена, что он под любовным хмелем многие оплошности и косяки команды прощает.
— Док, вы нас в очередной раз удивили, — весело хмыкает капитан и хитро косится на адмирала. Рикард бросает на Лукаса сердитый взгляд, но тот продолжает: — Хоть бы разочек упомянули, что ваш крёстный отец – хирург и генерал-майор.
Пожимаю плечами и говорю:
— И чтобы этот факт изменил?
Капитан снова хмыкает и отвечает:
— Собственно, ничего.
— Лукас, — одёргивает его Рикард.
