— Я их победил! Теперь я буду жениться! — влетел на балкон черный дракон, обернулся Давидом и, довольный, присел возле матери. Я забеспокоилась.
— Иди помой руки и покушай, — сказала мать-дракониха, погладив его по загривку, — а потом пойдешь жениться.
— Зачем так быстро? — еще больше забеспокоилась я, почему-то мне совсем не хотелось выходить замуж. Ни за Сеню, ни за Борю, ни даже за Давида, хоть он и был из них самым красивым. Все драконы уже обернулись обратно в людей и стали еще привлекательнее.
— Драконы получают от девственниц большую силу, ну да ты сама знаешь, — ответил за мать Фима, а у меня гора с плеч свалилась.
— Спокойно, ребята, — встала я и заявила, с трудом сдерживая ликование, — неувязочка. Я не девственница.
В наступившей тишине прозвучал голос Сени:
— Дава, шлемазл, ты где ее взял?
Глава 3
Я снова сидела в центре, а драконы обступили меня полукругом и осуждающими взглядами выжигали во мне круглые дымящиеся дыры.
— Мальчики, я понимаю ваше разочарование, но и вы меня поймите! — примирительно проговорила я.
— Мне уже двадцать пять, в моем мире будь я девственница, меня бы никто не понял!
— Таки она права, — задумчиво протянула дракониха, — но за шо тогда с нас брали деньги?
— Деньги? — переспросила я.
— Мы покупаем лицензию на девственницу в вашем мире, — хмуро пояснил Фима, усаживаясь рядом. — Раз в год один из нас может жениться, должен был лететь я, но мама сказала, пусть летит Давид. Дава, ну почему ты снова все сделал через заднее место?
— Они мне не понравились, — упрямо проговорил Дава, — а эта красивая.
— Но я не девственница! — терпеливо повторила я, тщательно маскируя буйную радость.
«И шо нам теперь делать? Снова ждать год? Шо вы кричите, мама, я понимаю слов!» — одновременно заговорили драконы.
— Не морочьте себе то место, где спина заканчивает свое благородное название! — встала я. — Где Дава брал, туда пусть и кладет.
Драконья мать одобрительно хмыкнула и показала мне большой палец.
— Не отдам, я эту хочу! — набычился Дава.
— Тихо! — вдруг сказал Боря, вглядываясь в небо. — Он летит…
«Мои» парни застыли, словно захваченные врасплох. Я переспросила, снедаемая нехорошими предчувствиями:
— Кто «он»?
Ответом прозвучала тишина, и я в сердцах рявкнула:
— Мама!
— Мама? — повернули головы сыновья.
— Шо вы молчите, как в рот воды набрали? — впилась я в нее выжидательным взглядом.
— Темный, — неохотно проговорила дракониха, почему-то пряча глаза.
