Прилетая на любую станцию, они сразу объявляли,
что все выставляемые на продажу металлы, это продукт переработки металлолома, но от этого, сами металлы хуже не становились. Все отлично понимали, что все известные верфи регулярно практиковали подобное, и продавали корабли из вторичного сырья.
Дождавшись, когда «Сварог» уйдёт в прыжок, Артём отключил монитор и, не оглядываясь, не громко спросил:
— Дока, а куда мы вообще прыгнули?
— Я уж думал, ты и не спросишь, — хмыкнул искин, включая голограмму. — Мы с Добрыней решили сменить обстановку и уйти на другую сторону фронтира.
— И сколько мы будем скакать?- с интересом уточнил парень.
— Через две недели по среднему времени, будем на месте. В сети промелькнуло известие, что на узловой станции Тогра, объявлен большой торг для всех, кто хочет продать или купить корабли, способные уходить в гипер. Хочу проверить, кто там такой умный, — закончил Дока, и Артём с удивлением расслышал в его голосе зловещие нотки.
— Так, железяка. А теперь колись, что задумал, — подобравшись, потребовал парень.
— Тёма, ты уже все понял, — усмехнулся искин в ответ.
— Считаешь, что торг объявили пираты, чтобы увеличить свой флот?
— Ну, а кто ещё способен вот так просто выложить серьёзные деньги за новый корабль?
— Та же не к ночи помянутая торговая гильдия, — хмыкнул Артём. — Впрочем, хрен редьки не слаще. Но ты не учёл, что там может оказаться слишком много пиратов даже для нас. Я не хочу терять «Сварог» и уж тем более, не хочу терять «Бродягу».
Это наш дом.
— Меня ещё не замкнуло, чтобы я полез в тарково гнездо голыми руками, — ответил Дока местной поговоркой, слегка её переделав. Нет, я хочу сначала провести разведку с помощью зондов, а после, будет видно.
— Железяка, я тебя не узнаю, — покачал Артём головой. — Будет видно, это не про тебя. Это мои слова. Что происходит?
— Для точного анализа, слишком мало данных, — признался искин. — Но я хочу найти и разнести одно из главных гнёзд работорговцев.
— Согласен, целиком и полностью, но с чего ты решил, что та станция, это оно и там есть рабы?
— С началом войны, когда всё начало рушиться, в глобосети всё чаще стали появляться объявления о покупке особого товара.
Таким товаром, пираты всегда называли рабов. Это было даже в мирные времена. Но теперь, это стало приобретать широкий масштаб.
— Не стану спорить, тебе виднее. Увы, но с моей кривой нейросетью, выходить в глобосеть, невозможно. Ты знаешь. А теперь, самое главное.
