Дэн усмехнулся:
– Жареная курица и пюре… м-м-м, пища богов.
Тейлор была согласна. Им повезло, что Дженет прекрасно знала любимые блюда Тейлор. К двум цыплятам было приготовлено пюре – как говорила сама мексиканка, по французскому рецепту, ведь в нем было утоплено как минимум двести граммов сливочного масла. Они поели под итальянские композиции Джиной Паоли.
– Моя бабушка обожала итальянскую музык шестидесятых годов, – признался Дэн, когда они убирали посуду со стола. – Она включала ее, когда готовила, убирала, танцевала, грустила, хохотала в голос.
– У него на лице отразилась печаль, которая тут же сменилась едва уловимой доброй, светлой улыбкой. – Словно эта музыка создана на все случаи жизни, – закончил он.
– А может, и правда создана? – опустив кисть ему на плечо, сказала Тейлор.
– Да? – Лоренс бросил на нее смешливы взгляд. – Думаешь, создана? – Тарелка с пюре перевернулась, и Дэн отскочил в сторону. – Подожди! Заляпаемся!
Он схватил с кухонного островка фартук Дженет и, недолго думая, напялил на себя.
– Не подходи близко, я устраню беспорядок.
– Какой чистюля! – не упустила возможности поддразнить его Тейлор.
Лоренс так смешно смотрелся в фартуке Дженет, что Тейлор не сдержалась и фыркнула."
"– Что? Мне идет? – Он покрутился, демонстрируя фартук со всех сторон.
– О, эти огромные подсолнухи! Точно твой цвет и фактура.
– Подлецу все к лицу, – пошутил он и подмигнул ей в той самой мальчишеской манере, которую Тейлор втайне обожала.
– Самодовольный индюк, – пробормотала она и попыталась забрать у него тарелку, чтобы положить в посудомойку.
Дэн, поймав ладонь Тейлор, потянул ее к себе.
– Что ты делаешь? – прошептала она, когда он стер все лишние сантиметры между ними. Ее мгновенно окутало тепло Лоренса.
– Ты сама сказала, что эта музыка на все случаи жизни.
– И какой же сейчас случай? – сипло поинтересовалась Тейлор.
– Романтический, – без тени сомнения ответил Лоренс и принялся танцевать с ней медленны нежный танец.
– Неужели ты еще не натанцевался? – спросила Тейлор, скрывая глупую влюбленную улыбку.
Лоренс заглянул ей в глаза. В воздухе повисло напряжение, и время на мгновение остановилось.
Они смотрели друг на друга, словно читая мысли без слов. Тейлор впервые испытывала нечто подобное. Слова казались лишним шумом и были неуместны. Затем Лоренс медленно приблизился к Тейлор и поцеловал ее. «Поцелуй номер два», – пронеслось у нее в голове. Ее веки опустились, ресницы затрепетали. Лоренс одним поцелуем передал ей все свои чувства.
