Люк поцеловал ее снова, на этот раз дольше и крепче, чтобы она точно запомнила, уже наверняка. Но стоило ему отстраниться, он понял, что Пенни наконец‑то уснула. Он обнял ее, укрыл одеялом и тоже попытался провалиться в сон, не
думая о футболке, висящей мешком на стройном теле Пенни, лежащей настолько близко. Она устроилась у него на груди, закинув ногу ему на ноги, но это была ерунда. Он мог с этим смириться. А вот уснуть не получалось.
* * *
Где‑то на другом конце города Кэтрин Ли тоже не могла заснуть. Трудно было ее в этом упрекать.
Для начала она сделала то, что сделал бы любо здравомыслящий человек на ее месте, – открыла социальные сети. «Хитклифф Риверо», – напечатала девушка и несколько минут глупо пялилась в пустой экран. Поиск не выдал ни единого совпадения.
«Быть такого не может», – покачала она головой, запуская поиск на следующем сайте, но, увы, человека с таким именем просто не существовало. Не может же он быть выдуманным. «Как будто и правда со страниц книги сошел», – подумала Кэтрин. Она открыла в телефоне диалог с ним, долго думала, как записать.
В итоге набрала: «Колумбийская задница», и, словно почувствовав, он тут же прислал сообщение:
«Верни ботинки!»
«Не понимаю, о чем ты, странный мальчик», – с ухмылкой ответила Кэт.
«Все ты понимаешь».
«К черту иди!»
«Не буду я извиняться», – решила она, забралась в кровать и мысленно пожелала, чтобы сегодняшний день наконец закончился.
Глава, в которой все танцуют вальс
ВСЕ ДЕВОЧКИ ШКОЛЫ Деполе ощутили на себе в свое время цепкий взгляд миссис Шнайдер.
Эта сухонькая низенькая старушка преподавала хореографию в школе искусств, а какая девочка не мечтает стать балериной? Почти каждая однажды заглянула в этот просторный танцевальный класс с потеками под потолком, почти каждая встала к станку, и, увы, почти каждая пару раз схлопотала тросточкой по спине, потому что миссис Шнайдер была не человеком, а самим дьяволом во плоти.
Она отбивала желание танцевать у всех девочек, какие только появлялись перед ней.
«Костлявые лодыжки!», «Ты что, горбунья?», «Зажатая!», «Слишком сильно руками машешь», «Мало рук», «Лишний вес», «Тощая», «Слишком хорошенькая, тебя не балет интересует, а отражение в зеркале, брысь!» – именно так она отвадила когда‑то и Тейлор, и Кэт, и Пенни, и даже Эмбер.
Из-за этой женщины было пролито немало слез, и все они наполнят для нее адский котел, по словам Кэтрин, у которой миссис Шнайдер буквально растоптала самооценку, когда той было десять. И вот они снова в ее классе.
