Они по‑детски восторгались особняком Джонсонов, но она никогда не чувствовала с их стороны зависти. Завистливой в этой компании оказалась она. Какая ирония, не правда ли? Даже глупо, что они не поделили Люка Уилсона. Так тупо и инфантильно, прямо как в жизни. Однако для Тейлор случившееся было настоящим предательством.
А прощать подобное она не умела.
На Тейлор всегда смотрели, на нее равнялись, ей завидовали и всегда шепотом добавляли: «Е повезло». Возможно, поэтому она из кожи вон лезла, чтобы доказать, что одного везения мало.
Каждый косой взгляд придавал ей сил и уверенности в себе. Это был ее способ борьбы с подобным отношением. Быть лучшей во всем и утирать нос тем, кто строит козни.
Миссис Шнайдер визгливо командовала. Ее отвратительный писклявый голос эхом отражался от
стен. Эта женщина в свое время пыталась превратить Тейлор в балетную приму, однако ее подход не понравился родителям, и они нашли для дочери другой дополнительный урок. Тот день был одним из лучших в жизни Тейлор. Ей совсем не хотелось слушать, как ее называют кривоногой и безмозглой.
Но она научилась абстрагироваться. И теперь все крики Шнайдер пропускала мимо ушей. Тейлор молча встала в закрытую позу и положила руки на невидимые плечи своего несуществующего партнера. Джонсон заметила смешки и шепотки, доносившиеся со стороны Эмбер, и грациозно выполнила все необходимые движения. Таким был ее ответ:
идеальные па. Она не собиралась опускаться до склок и недостойных жестов.
Чтобы показать движение, миссис Шнайдер встала в пару с Тейлор, заняв место партнера.
Джонсон задержала дыхание, ведь миссис Шнайдер была известна не только своей сварливостью, но и непомерным использованием парфюма. Тяжелый аромат «Шанель номер пять» ударил в ноздри. Это был любимый парфюм всех бабушек городка Деполе, особенно той его части, где стоял особняк Джонсонов. Тейлор решила сосредоточиться на ногах и выводила идеальные квадраты, как того требовала миссис Шнайдер. Кто‑то что‑то спросил. Она не уловила. Сегодня она была рассеяннее обычного.
– Где твой партнер, дорогуша? – поинтересовалась у Тейлор миссис Шнайдер.
Повисла пауза.
– А-а… – невнятно потянула Джонсон.
Вот тот самый момент, когда она должна громко и отчетливо сказать, что партнера у нее нет, но что‑то заставило ее медлить. Самодовольны взгляд Эмбер сбивал с толку.
– Ты же в курсе, что для вальса нужен партнер? – прогремел старческий голос.
– Я здесь, – донеслось в ответ из дверного проема.
Тук-тук – это ее сердце отбивало ритм.
