Драмы больше нет

Не успел Илья переехать под крыло старшего брата, его в институт пристроили, и на работу, он безропотно втянулся в семейный бизнес.

– Я не поставлю директором филиала человека без опыта, – сказал как-то Федотов. – Даже если этот человек – мой брат. Пусть начинает с самых низов, как я.

– А как начинал ты, – как-то полюбопытствовала я.

Роман глянул на меня долгим взглядом.

– С отцом в рейсы уходил. Недолгие, максимум на неделю, но с тринадцати лет. Так что, я сам знаю, что такое дорога.

– Я думала у твоего отца компания по грузоперевозке.

Федотов снисходительно улыбнулся.

– Солнышко, эта компания начиналась с двух дышащих на ладан, купленных в кредит фур в начале девяностых. Мне было лет десять, когда отец купил первую. Сам работал, и дядька его родной. Вот так всё начиналось. А теперь у нас на носу сделка с европейским перевозчиком.

– Ты можешь собой гордиться, – признала я его заслуги.

Роман острым взглядом смотрел на горизонт. А в ответ на моё замечание, коротко кивнул.

– Я знаю.

Он знает, и, без всякого сомнения, собой гордится. Федотов иначе к себе относиться не может.

– А ты, вообще, хочешь работать в семейной компании? – спросила я как-то у Ильи. Стала невольным свидетелем того, как Роман четко отдавал указания сотрудникам, без единого момента сомнения, командным голосом, и Илья, между прочим, был одним из этих сотрудников, на тот момент совершенно рядовым. И от его старшего брата точно не стоило ждать того, что он как-то выделит его из ряда других менеджеров младшего звена.

Илья после моего вопроса задумался, пожал плечами. Затем усмехнулся.

– Кажется, у меня нет выбора. К тому же, не могу сказать, что не хочу. Хочу… Хочу заслужить право на своё мнение.

Я вздохнула вместо него.

– Это будет трудно сделать.

Илья широко улыбнулся.

– Знаю. Но от этого желание только усиливается.

Мы сидели за большим, накрытым к обеду, столом в зале совещаний, напротив нас Роман Юрьевич с супругой, на соседних креслах немецкие приглашенные друзья-бизнесмены, но они вполне сносно говорили по-английски, и поэтому моё вмешательство практически не требовалось. Я прислушивалась к разговору, как меня просила сестра, но в большей степени болтала с Ильей.