Дремучий случай

Итак, через три дня, то есть ровно через неделю после моего избиения, я встал на ноги. Настойка Федора Прохоровича сделала за короткий срок то, что не всегда могут сделать опытные врачи. Хотя где в нашем городе такие доктора найдутся? Если бы я попал к ним в руки, то уж точно, выполнил предназначение — не выполнил, уже захоронили бы, без всякого сомнения.

Мой порез тоже меня почти не беспокоил, ну, не зажил еще, естественно, но, по крайней мере, давал о себе знать только при резких движениях.

Итак, я решил, что пора уходить.

Бедному старику нелегко и себя прокормить, еще я как снег на голову свалился. Нет, слишком долго тут задерживаться однозначно было нельзя.

Вот только куда идти? Назад в город? И что, интересно, сделает со мной моя банда, когда увидит, что я жив-здоров? Опять попытаются прикончить? Скорее всего. И что тогда делать? Прибить кого-нибудь из них, чтобы доказать, что я тоже не лыком шит? Я честно несколько минут раздумывал над этим вариантом, но так ни к чему и не пришел, потому что мараться об этих парней мне уж точно не хотелось.

Тем более, справлюсь с одним, остальные, как пить дать, сдадут меня нашей бравой милиции. Хотя в прошлый раз они превосходно справились своими силами.

Что же тогда?

В любом случае новоявленная банда Сазана умом не блещет, как пить дать, они долго с нашим бизнесом не продержатся и наверняка попадутся. Вот и пусть потом на небо в клеточку любуются, а я на мягком диванчике полежу. Где б только этот самый диванчик раздобыть? И как долго ждать, пока схватят этих идиотов, ведь нельзя упускать из вида тот факт, что дуракам частенько везет.

Я подумал еще немного и понял, что выбора у меня сейчас нет, ни в городе, ни в школе мне в ближайшее время показываться не стоит. И я решил поступить в соответствии с тем планом, который у меня был изначально — поехать к моей обожаемой бабуле, побыть у нее с месяц, подумать о жизни, а потом… Ну что потом? Потом страсти в любом случае поулягутся, поживем-увидим, сориентируюсь по ситуации.

Мне все-таки надо школу окончить, подумаешь, месяц-два пропущу, если что за меня Бендин вступится, и никто меня не выгонит.

Приняв такое решение, я собрал свои вещи и приготовился уходить. Федора Прохоровича не было дома. По правде говоря, прожив здесь неделю, я так и не знал, куда же старик уходил на целый день.

Ждать Прохоровича мне не хотелось, потому что возвращался он вечером, а шляться по улицам в темноте после свидания с призраком мне не хотелось.