Вежновец вытащил оружие:"
"– Не расслышал.
– В любое время, – Мустафа выплюнул себе на грудь кровь из разбитой губы.
– Что это значит?
– Когда он захочет, тогда и звонит. Иногда и я ему звоню, в экстренном случае.
– Кому ты звонишь?
Мустафа промолчал.
– Омару?
Афганец едва заметно кивнул и опять сплюнул, даже не выказав удивления, откуда русский знает имя его хозяина.
– Где контейнер?
– Я не понимаю, о чем ты спрашиваешь. Омар должен все знать. Он что-то искал, а потом повез заложников в лагерь.
Павел вздохнул – «клиент дозрел», и теперь с ним можно делать все что угодно.
Стоявший рядом прапорщик из разговора ничего понять не мог.
– Ну? Раскололся? – прапорщик мог и не спрашивать очевидного – это и так было видно.
– Я его заставлю на связь с лагерем выйти.
Павел опять повернулся к Мустафе:
– Называй номер и поговоришь со своим командиром. Говорить будешь только то, что я тебе скажу. Понял?
– Что со мной будет потом?
– Не могу знать. Это решать тому человеку, который тебя выбросил.
Я постараюсь с ним все уладить, но и ты постарайся, его будет трудно уговорить сохранить тебе жизнь. – Вежновец решил не говорить напрямую про сохранение жизни, а пообещать с оговорками. Сам он считал, что «языка» придется убрать.
– Хорошо, – решился Мустафа, – набирай номер.
– Ты бодрым голосом сообщаешь, что все разоружились, оружие русского спецназа уже у тебя и ты ждешь дальнейших инструкций. Все ясно?
– Да.
– Номер.
На лице Мустафы застыл испуг, он забыл номер! Забыл и то, как вызвать его из памяти телефона!
– Я не помню цифр, привык набирать его на ощупь, – взмолился он, – поверь.
Развяжи руки, и я наберу по памяти.
Перемазывая аппарат липкими от крови пальцами, Мустафа пытался набрать номер. Наконец это у него получилось, и в трубке спутникового телефона раздался сигнал. Павел наклонился поближе, чтобы слышать голос Омара, при этом упер ствол в бок афганцу. Да и радист держал его на прицеле.
– Да! – чекист услышал в наушнике властный, уверенный голос человека, привыкшего командовать другими.
– Это я, Омар, – у Мустафы выходило вполне уверенно и даже нагловато, – хорошие новости, – афганец сделал паузу, как всякий другой, приберегающий сюрприз для хозяина.
– Я тебя слушаю. Что там у тебя?
«Волнуется, сволочь», – злорадно подумал об Омаре чекист.
– Все по плану идет, они сдались. Их оружие уже у меня – на борту самолета.
– Это точно?
Повисла пауза, во время которой Вежновец все сильнее вдавливал ствол в бок афганцу.
