Да и еще предательский поступок Алексея… Если бы не он…»
– Майор, на борту сорок два человека, – чекист прервал воспоминания Лаврова.
– Что? – Андрей не сразу вернулся в реальность.
– Все в порядке? – обеспокоенно спросил Павел.
– Да… Так сколько там людей?
– Сорок два. Из них двадцать женщин и одиннадцать детей. Дети – в основном африканцы.
Лавров задумался.
– Товарищ майор. Разведгруппа вернулась, – сообщил только что подбежавший сержант.
– Узнай побольше о пассажирах под номером пять и шесть. Я скоро вернусь, – Лавров направился вслед за сержантом.
«Интересно, зачем ему именно эти два пассажира. Откуда он может знать…» – Вежновец удивленно смотрел на растворявшихся в предрассветных сумерках десантников.
Увидев прапорщика и двух бойцов, которые только что вернулись из разведки, Лавров улыбнулся. Он грешным делом думал, что-то случилось. Но вернулись все целые.
– Вокруг вроде бы чисто. Мы заметили только одного пацанчика, – прапорщик указал в сторону скалы, где на земле сидел связанный паренек в пыльном халате, – у него были старая винтовка, нож и рация.
Оружие паренька лежало на камне перед Лавровым.
– Допросили? – поинтересовался майор.
– Мы пытались. Но он говорит только по-таджикски, – ответил прапорщик.
– Кто-нибудь знает таджикский? – Андрей обвел взглядом всех присутствующих.
– Я знаю, – неожиданно за спиной майора раздался голос фээсбэшника.
Обернувшись, Лавров заметил, как мелькнула ехидная улыбка на самодовольной физиономии Вежновца. Майор нахмурился, но сложившаяся ситуация вынуждала принять помощь от чекиста.
– Оказывается, ты еще и полиглот, – произнес Лавров.
– Я еще знаю несколько других языков, – спокойно сообщил комитетчик.
– Продемонстрируй свои способности. Надо допросить этого пацанчика, – Лавров, прищурившись, глянул на фээсбэшника.
– Постараюсь! Если только они не ошиблись насчет таджикского, – самодовольно ответил Вежновец.
Капитан Вежновец присел на корточки перед парнем и негромко спросил его о чем-то.
Паренек ответил коротко и нервно. Никто из присутствовавших не мог понимать, о чем они говорят. Но по выражению лица пленного было видно: тот чего-то боится. Майор тоже не мог понять произносимых капитаном Вежновцом слов. Паренек не запирался, отвечал на все вопросы фээсбэшника, иногда помогая себе мимикой.
Допрос длился около десяти минут, после чего Вежновец вернулся к Лаврову.
– Да этот паренек и родную мать продаст, – капитан ФСБ хитро подмигнул Лаврову.
