Внезапно за окном раздались хлопки, крики, потом грохот. Повалили клубы белого дыма. Кто-то тоненько заголосил, чей-то грубый зычный голос скомандовал:
– Лежать! Оружие на пол! Мордой вниз!
Охранник перестал душить меня. Он быстро швырнул удавку под кровать. Они с Алексеем растерянно смотрели друг на друга.
– Давай баррикадироваться! Пока сюда добегут…
Но они опоздали. По лестнице уже слышались тяжелые шаги военных сапог. Дверь со страшным треском вылетела из проема, и в нем показались два омоновца в масках с прорезями для глаз.
– Все на пол! Руки за голову!
Два красавца рухнули на пол лицом вниз и схватили себя за затылки.
– Оружие есть?
– Нет, нет!..
– Ноги шире! Шире, тебе говорят!
Алексей взвизгнул. Кажется, один омоновец пнул его сапогом по ноге. Потом он склонился над красавцами, наставив на них автомат. Я попробовала подняться с кровати, но второй омоновец в маске и пятнистой форме наставил свой автомат на меня:
– Лежать!
Я брякнулась обратно на постель.
Неприятно было находиться перед мужчиной в таком положении, в одном бюстгальтере и расстегнутых джинсах, да еще под дулом автомата. Но в этот момент в дверях появились Кирилл с Антоном Ярцевым. Последний держал у лица фотоаппарат. Он тут же щелкнул им несколько раз, наведя объектив на меня, потом на красавцев…
– Все в порядке, – бросил старший лейтенант пятнистому, – это – свои…
Они с Антоном подбежали ко мне.
– Ты как? Жива?
– Сомневаюсь, но и утверждать обратное не берусь…
Я встала, застегнулась на все пуговицы, потерла шею. Александра с Алексеем подняли, надели на них наручники и собрались выводить из комнаты."
"– Подождите, – я подошла к охраннику и залепила ему такую пощечину, что у него голова мотнулась в сторону. – Тебе разве мама не говорила в детстве, что девочек бить нехорошо?
– Все, пакуем их, – скомандовал один из пятнистых.
Красавцев увели. Я подула на отбитую кисть и потрясла ею.
– Могли бы предупредить, что у вас тут намечается хорошая заварушка.
– Не могли, это секретные сведения. И потом, кто знает, как бы вы повели себя, – Кирилл посмотрел на меня сочувствующе.
Я выглянула в окно, но там ничего не было видно. Белый туман заволок весь двор, даже сквозь щели в окне просачивался неприятный запах.
