Древнее китайское проклятие

В октябрята меня принимали в школе, в пионеры тоже в местном актовом зале помазали, а времена комсомола я и вовсе не застал. Но и этой ночью мне было не до изысков обстановки, в коей покоился предводитель несостоявшейся мировой революции.

Поворот, темнота, луч света от фонарика или осветительного заклинания, которым воспользовался неведомый пока лиходей, ага…

Над ним возвышается фигура мага. Федот? В темноте не разобрать.

Я кашлянул. Фигура повернулась ко мне.

Вот свезло так свезло.

Постижение тайн магии есть нескончаемый процесс постоянного учения и совершенствования.

Это не бокс, где даже боксер из захолустного городского клуба может выйти против чемпиона мира и простоять пару раундов, а то и послать в нокаут. Малейшая разница в магической весовой категории решает все. И решает почти мгновенно.

Поэтому между ступенями нашего рейтинга лежит огромная пропасть. Скажем, маг, занимающий сороковое место, способен левым мизинцем справиться с магом, занимающим сорок первое место, но ничего не сможет противопоставить тридцать девятому.

Точнее, она возможна, но исход ее предсказуем.

Поэтому я не стал корчить из себя героя и полез за телефоном.

– Что бы ты там ни пытался достать, лучше даже не пробуй, – предупредил Федот. – Признаться, я удивлен. Какими судьбами, Герман?

– Шел мимо, – сказал я.

– Это будет тебе урок, – усмехнулся Федот, – когда в следующий раз будешь идти мимо, мимо и иди.

– Останься, раз уж зашел.

– Как скажешь. – Я прислонился спиной к стене, плетя вокруг себя защитное заклинание.

Гермеса он не видел. Наверное, тот опять «одолжил» у владыки Аида волшебный шлем-хтоний, выкованный и преподнесенный его дяде циклопами.

– Не могу сказать, что я слишком рад встрече, – сказал Федот. – У меня тут, понимаешь ли, дело, и зрителей я не приглашал.

– Наши чувства взаимны. Я тоже не очень рад.

– Тем не менее ты пришел сюда.

– Ты понимаешь, что ты пытаешься сделать?

– Конечно. Я собираюсь оживить этого старикашку. Смеху-то будет…

– Ты задумывался о последствиях?

– Нет, – сказал он. – Это ты у нас всегда думаешь о последствиях. Ты и перед тем как муху оживишь, будешь полгода сидеть и прикидывать, что из этого получится. А я просто сделаю и посмотрю. Так веселее.