Древнее китайское проклятие

Я выждал несколько секунд и поперся следом.

Апартаменты Бессмертного обилием предметов роскоши не поражали. Кровать, два шкафа, стол, стулья. Аскетичная обстановка. На одной стене висела целая коллекция оружия, явно побывавшего в употреблении. Может, здесь он хранил память о всех сраженных им врагах? Если так, то врагов у него было немеряно.

Сам Кащей обнаружился рядом с кроватью. Он стоял на четвереньках и что-то искал.

Ларец, весьма похожий на найденный мною экземпляр в пещере Змея Горыныча. Неужели опять начнется бодяга с утками, зайцами и яйцами?

Похоже на то.

Кащей выпрямился, держа ларец в левой руке. Судя по тому, как его скрючило, ларец был не из легких.

– Ага, – сказал Кащей, – и впрямь пленники сбежали и замок подожгли. На что же вы рассчитывали, друг любезный? Что я в панике брошусь спасать самое ценное и приведу вас туда, где хранится моя смерть?

– Признаюсь, что-то в этом роде и планировалось.

– Тогда держите, – сказал он и кинул ларец мне в голову.

Отклониться я успел. Реакция у меня хорошая.

Ларец ударился о стену и упал на пол, закрытым, как этого и следовало ожидать.

А он прыткий малый. Бросился на меня чуть ли не одновременно с ларцом. И шпагу успел вытащить. Еле я первый его выпад ржавым своим мечом парировал.

Он провел две очень неплохие атаки, и я мысленно поблагодарил своего учителя физкультуры в Шамбале, который привил мне основные навыки владения холодным оружием.

Между прочим, одно время он считался лучшим клинком королевства. Французского, разумеется. Причем было это в те времена, когда владение шпагой считалось чуть ли не главным из мужских достоинств.

– Однако, – сказал Кащей, останавливаясь и салютуя мне своим клинком, – а вы весьма недурно фехтуете.

– Да и вы неплохи, – признал я.

– Ну, у меня было время на оттачивание своего мастерства. Века и даже тысячелетия.

– У меня, в отличие от вас, столько времени не было.

– Да вы просто молодец, что так быстро научились.

Мы скрестили клинки.

Черт, шпага все-таки более маневренное оружие. Пару минут я против него простою, но не больше.

Слишком неповоротливый клинок у меня в руке. Рано или поздно мастер найдет бреши в моей обороне, и, как говорится, даже Герман не узнает, какой у парня был… финал.

Зато меч тяжелее. Я прекратил попытки достать самого Кащея и сосредоточил все свое внимание на его шпаге. Вот такой удар она выдержит? А вот такой?

– Дзинь, – сказала шпага, и в руках у Кащея остался эфес, из которого торчало около тридцати сантиметров металла.