Древнее китайское проклятие

Надо подорвать веру в мешающего тебе бога, и сила его будет уменьшаться, пока не исчезнет совсем, что с нами со всеми и происходит. Правда, способ этот требует много времени, фактически продолжительности жизни нескольких поколений. И лично ты итога своих стараний можешь и не увидеть.

– Второй способ быстрый. Но, как и всякие быстрые способы, он очень рискованный. Я говорю о непосредственном убийстве. Убийстве самой божественной сущности.

– И что для этого требуется?

– Да то же самое, что требуется для рождения бога.

Вера. Ты должен верить, что способен убить своего врага, и тогда ты сможешь это сделать. Вера твоя должна быть сильна и неколебима, она должна быть не менее крепка, чем вера других людей в этого бога. И тогда будет неважно, какое оружие ты изберешь. Меч, лук, топор или пистолет. Хоть из рогатки стреляй.

– Такие случаи имели место?

– Имели. Многие пантеоны исчезли бесследно в результате того, то люди сами убивали своих богов. Разочаровавшись в них, завидуя им или просто разозлившись. О тех богах не осталось даже мифов, только мы, бывшие, и помним, что они существовали когда-то.

С неоперившимися богами, типа ваших, это даже попроще. Но, понимаешь, друг, это очень опасно. Это палка о двух концах.

– Никогда не видел палку, у которой был только один.

– Если ты будешь верить в то, что ты способен убить бога, одновременно это будет означать и то, что ты веришь в этого бога, и тогда он может убить тебя. Пока ты не веришь, ты в безопасности, но…

– Я понимаю, – сказал Герман. Но вряд ли он понимал.

– Ты ничего не добьешься, – продолжил я. – Ты можешь уничтожить материальное воплощение, но сама идея останется и призовет новое воплощение. Все, что ты можешь выиграть, это немного времени.

– Возможно, это как раз то, что нам всем нужно. Немного времени. Глядишь, оно пройдет, а там и идея изменится.

Я покачал головой. Идеи живучи.

– Ты на самом деле хочешь сделать это?

– Я помогаю им прийти в этот мир, – сказал он. – Но я этого не хочу. Я хочу убрать их из него.

– Они обретают силу, – возразил я, – во многом и благодаря твоим стараниям.

Если ты хочешь что-то делать, надо делать это быстро.

– Ты можешь промыть мне мозги? – спросил он. – В реальном мире.

– Ты сам их себе промыл, – ответил я. – Тут я бессилен.

– Это сон. И в этом сне я прежний. А когда я проснусь, я снова буду… ты видел это? Он покраснел даже в астрале.

– Видел, – сказал я. – Поэтому мы с тобой сейчас и разговариваем.

– Как мне вернуть себя?

– Ты сделаешь это.