Древние

Был слишком занят, спасая себя и Белочку от печального финала в качестве мокрого пятна на камне.

Заложив поворот на расправленных крыльях, он сумел то ли жёстко приземлиться, то ли мягко упасть на верхнюю площадку. Причём на ноги, а не впечататься в камень всем телом.

— Нунихерасебе, — одним словом выдохнул Лёха, растерянно наблюдая, как «визор» снова втянулся куда-то в шлем.

— Может, лучше просто по скале спуститься? — слабым голосом спросил демон.

— Не, пробуем дальше, — отмёл это предложение Стриж.

— Увеличился, — сухо отозвалась Белочка, — но если не будет резкого увеличения или перепадов — хватит на пару часов. До земли точно доберёмся.

Лётные испытания однозначно не вызывали у демона оптимизма, но «квартирант» осознавал, что другого способа выбраться у них нет.

Хотя на деле и сам Стриж испытывал искушение переквалифицироваться в альпинисты. Вот только без специального снаряжения он лишь оттянет неизбежный конец.

А крылатые доспехи — это реальный шанс не просто выжить, но и добраться до своих. И упускать его только из-за пары секунд испуга — идиотизм эталонный. В конце концов, дома Лёха не раз доверял свою жизнь куску ткани со стропами, так почему не положиться на магическое устройство, оставленное развитой цивилизацией?

— Бояться нечего, — преувеличенно-бодро объявил Стриж, — дальше земли, один чёрт, не упадём.

— Если ты нас угробишь, то я тебе и на том свете житья не дам, — мрачно пообещала Белочка, после чего умолкла, не собираясь отвлекать Лёху.

Тот был ей искренне благодарен.

Глубоко вздохнув, он решительно распахнул крылья.

В этот раз удалось взлететь не так высоко и сразу поймать воздушный поток, не сваливаясь в штопор. И даже нормально приземлиться, облетев вокруг пирамиды.

На этот раз он был готов к появлению визора, упавшего перед глазами из-под налобной пластины, которую он сперва посчитал усилением бронирования.

— Это что за… — изумлённо выдохнул Лёха когда увидел быстро приближающуюся землю.

— …твою мать! — выматерился он, рефлекторно взмахивая крыльями.

И, лишь взлетев на пару десятков метров, запоздало понял, что у него появился бинокль. Магический.

— Офонареть, — восторженно пробормотал он.