Вдалеке уже можно было наблюдать стада крупных копытных животных. Ближе подходить не стали. Реинир лишь сказал, что на них племена тоже охотятся, но зимой когда снег глубокий и животные не могут быстро передвигаться."
"Пришлось наблюдать охоту хищников, отдалённо похожих на нашего Локи. Стая окружила стадо и погнала его на возвышенность. Более слабые отстали и хищники выбрали жертву уже среди них. Задерживаться в этом месте мы не стали, а поторопились уйти подальше. Хищники поражали своей силой и сообразительностью.
Поражала их слаженная работа, каждое движение отточено. Неужели и наш малыш будет таким же большим и сильным?
На одной из стоянок Реинир ворчал, что Локи только ест да спит, не приносит пользу. Какого же было наше удивление, когда утром обнаружили парочку задавленных зверьков, похожих на белку, но гораздо крупнее. Мех был очень красивым. Щенок подтолкнул носом тушки в сторону охотника. Нужно было видеть вытянувшееся лицо Реинира.
— Теперь наш Локи тоже охотник! Правда, дядя? — подошёл Арип к добыче и, внимательно осмотрев, поднял за хвосты.
Пришлось Реиниру это признать. Освежевать тушки и зажарить их на костре, поделив между всеми добычу поровну. Шкурки были хороши, поэтому решили их подсолить и забрать с собой.
— Добытчик наш, — нахваливала щенка Алтея, гладя по животику.
Локи млел от ласки. Из прошлой жизни знала, что обнажение живота у собак означает выражение доверия. Свидетельствует о глубокой связи между человеком и животным.
Молодой пёс нам уже доверял, как и мы ему.
На каждой стоянке Реинир помогал мне, не разрешал таскать тяжести. Сам спускался к ручьям с ведром за водой и брал на дрова самые толстые деревья. Мы иногда использовали их не только, чтобы удобнее было сидеть, но и как топливо для костра. Продвигая по мере прогорания ствол, на долго обеспечивали себя дровами.
Мне нравилась забота и внимание мужчины. Волновало лишь то, что пока никак не поговорили и не обозначили вслух свою позицию по отношению к друг другу.
Алтея лишь посмеивалась над нами, а дети выбрали выжидающую позицию. Намекали, что непротив видеть меня женою дяди, хоть сводничеством не занимались и то ладно.
Ночью Локи нас охранял. С ним сон был спокойнее. Порою кто-то подходил к нашей стоянке, но грозное ворчание нашего защитника отваживало непрошенных гостей. Теперь его всё сложнее было назвать малышом. Рос он так быстро, будто подъедал в тихаря где-то гормоны роста.
