Древняя штучка

По его мнению, если тот еще никуда не скрылся, его нужно под каким-нибудь благовидным предлогом «тормознуть» и немедленно вызвать туда их со Стасом.

– Организуем! – пообещал Орлов, и в телефоне зазвучали короткие гудки.

Лев спустился в двадцать третий номер, куда уже успел вернуться Станислав. По словам Крячко, они с Евгением проверили в хранилище двадцать третью ячейку, но она оказалась пустой. Портье созвонился со своей сменщицей, и та сообщила, что сегодня рано утром, еще до их пересменки, Дебирэ забрал из своей ячейки какой-то предмет, завернутый в полиэтиленовый пакет-«маечку».

Предположительно, это мог быть телефон спутниковой связи. Почему француз держал гаджет там – осталось неизвестным.

– А что с американцем? – поинтересовался Стас.

– Смылся, зараза! – с досадой сообщил Гуров. – Думаю, уже вылетел из Москвы в неизвестном для нас направлении.

– Не зависящий от нас прокол… – сердито фыркнул Стас. – Ну и что тогда? Будем сматывать удочки? Вызвать труповозку, и – «гуд бай, беби»?

Но Гуров был настроен иначе.

– Нет уж! Будем добивать эту ситуацию до конца. Сейчас надо просмотреть записи камер видеонаблюдения, отследить, на чем он уехал, а потом уже думать дальше… Давай так: я иду заниматься камерами, а ты с ребятами проверишь тридцать восьмой номер. Его отпечатки нам, не исключено, могут пригодиться.

– Ясно! – без особого энтузиазма согласился Станислав. – Нам и мартышкин труд по плечу… Тем более что парни вон уже заканчивают. Ща пойдем.

– Мартышкин не мартышкин, но все шансы надо использовать по полной, даже самые дохлые! – решительно проговорил Лев и направился к выходу, однако его в этот момент окликнул Дроздов:

– Лев Иванович, я уже закончил.

Подробности интересуют?

– Конечно! – Гуров немедленно вернулся назад.

По словам судмедэксперта, первоначально он предполагал удушение потерпевшего, поскольку на его шее имеется едва приметная странгуляционная борозда. Тем более что рядом с кроватью обнаружился распущенный галстук-самовяз, который, скорее всего, и стягивал шею Дебирэ.

Но, еще раз все проверив и взвесив, Дроздов свое заключение скорректировал до прямо противоположного: смерть наступила от остановки сердца в момент сдавливания шеи, что не являлось попыткой убийства.

– Есть предположение, что он решил поиграть в «удавочку»? – Лев сразу же догадался, что он имеет в виду.

– Ну да, что-то наподобие… – согласился Дроздов. – Одна из рисковых утех озабоченных маргиналов, когда оргазм достигается сдавливанием сонных артерий.