Древняя штучка

Ну а пока надо позвонить Вольнову, пусть по своим каналам выяснит, кто есть кто и на кого работает. Ну, в смысле, из наших иностранных «клиентов». Надо бы в этом плане «прозвонить» и наш организованный криминал. Не исключено, он был нанят кем-то с Запада для этих же целей. Например, каким-то крупным гангстерским синдикатом.

– Ну, тогда я пошел к информационщикам, чтобы пробили адрес и телефон Ирины, – поднялся Стас и, выходя из кабинета, небрежно махнул рукой.

Глава 7

Лев набрал номер Вольнова и рассказал ему о том, что удалось узнать за последние часы.

– Теперь есть все основания считать, что смерть Дебирэ – не несчастный случай, а замаскированное под него убийство. Слушай, Саш, а ты не мог бы выяснить по своим каналам, что собой представляет находящаяся в Женеве некая Международная гильдия независимых историков? И есть ли соответствующая информационная база? И еще интересует одна похожая шарашка – Ассоциация исторического поиска, которая обитает в Сан-Франциско.

Хотелось бы знать, какое к ним отношение могут иметь профессор Мартинган из Уэльса, итальянец Джузеппе Борзини, бельгиец Рене Дюппелен. Ну, еще и те, кого ты уже разыскивал, все три Джереми – Биггс, Локс, Шэпли, и эти двое «голубков» – ныне покойный Дебирэ и Фэртон… Если хотя бы что-то удастся найти, то хотелось бы знать, не завязаны ли на этом и наши криминальные главари, такие как Бирюк и Лекарь. До завтра сможешь что-нибудь накопать?

– Ну, как сказать? Не исключено, что уже даже сегодня могут быть какие-то результаты, – пообещал Вольнов.

 – Так что до связи!

Созвонившись с информационщиками, Гуров выяснил, где именно проводится выставка картин американского «корифея современного искусства» Джереми Шэпли. Как оказалось, для экспозиции своих работ американец выбрал не так давно переоборудованную в выставочный зал бывшую пельменную на Ползуновской под названием «Пельментик», которое оставили и для выставки, признав его современным и «продвинутым».

"

"Вызвав служебное авто, Лев отправился на улицу, носящую имя уральского инженера, некогда создавшего первую в мире паровую машину. Прибыв к «Пельментику», он еще издалека увидел яркие афиши, которыми были обклеены стены бывшей пельменной. Разумеется, такой длинной очереди, каковую ему уже не раз доводилось видеть к дверям Третьяковки, здесь не было и в помине. Тем не менее сказать, что выставка не пользуется вообще никаким успехом, было бы нельзя.