Дрянной учитель

Сопротивление оказывать нет ни малейшего желания. Чувство настолько эротичное, словно я к нему привыкла, но так сильно возбуждает, что я не могу сказать «нет».

Его пальцы скользят между моим складками, потирая их с такой скоростью, что, клянусь, взорваться я могу тут же.

— Хочешь кончить? — спрашивает он.

— Да! — стону в ответ.

— Умоляй меня… — низким голосом произносит Томас. — Умоляй, и, может быть, я позволю.

— Пожалуйста, — ворчу я, чувствуя головокружение от жара.

Он снова шлепает меня по заднице, заставляя застонать.

— Пожалуйста, что?

— Пожалуйста, дай мне кончить.

Еще один жесткий удар снова посылает меня к грани.

— Повтори.

— Пожалуйста, дайте мне кончить, сэр?

Еще один удар. Моя задница горит от его ладони.

— Громче!

— Пожалуйста! Дайте мне кончить, сэр! — буквально умоляю я.

Никогда в жизни не позволяла никому ничего решать за меня.

До этой секунды.

— Кончай.

Его командный голос — все, что мне требуется.

В момент, когда я кончаю, он тянется за проводком между моих ног и вытягивает шарики.

Один. За. Одним.

Каждое движение прибавляет удовольствия, наполняя мое тело эндорфинами, что заставляют меня парить.

Еще одно движение буквально заставляет закричать.

— Да, выпусти все. Почувствуй оргазмы, которые я позволю тебе. Снова… и снова.

Его пальцы никуда не исчезают. Я ощущаю их на складках, киске, клитору. Скручивающие, скользящие, проникающие. Везде. Это сводит меня с ума.

Следующее, что я осознаю, это его член во мне.

На всю длину.

Открываю рот, и невероятно громкий стон вырывается из моего горла, когда Томас погружается в меня полностью.

— Блядь… — шепчет он. — Ты такая чертовски влажная и открытая. — Он шлепает меня по заду и выходит. — Идеальна.

— Твою ж мать… — шепчу я, отчего он смеется.

Томас снова толкается в меня, в этот раз сильнее, чем в предыдущий.

— Этой киске попросту нужен хороший трах. Вот почему ты так плохо себя вела. Тебе не хватало моего члена, да?

— Да… — выкрикиваю я, когда он снова меня шлепает. Блядь, не думаю, что когда-либо чувствовала большее безумие, такое поглощение кем-то.

— Значит, прими все как маленькая девочка. Стони для меня, Хейли. Позволь мне услышать, как сильно ты любишь мой член.

Стон срывается, как Томас и просит. Не только потому, что я люблю это, а по большей части потому, что он говорит мне это сделать.

Слушать его и позволять ему взять контроль — дает мне свободу, которой я не чувствовала прежде.

Внутреннее умиротворение.

Пока меня трахают, как шлюху.

Господи Боже.