Дронго. Книги 1-20

— Да, только пока… Но я не могу поручиться, что это убийство мы сможем долго хранить в секрете. День, два, от силы три… И то, если не пронюхают журналисты.

Зигфрид молчал. Он уже принял решение.

— Только что пришла телеграмма. Господин Бернгард, региональный комиссар дал свое согласие, — перед Мельцером стоял, вытянувшись, командир особой группы «ГСГ-9».

— У вас все готово? — обратился Зигфрид к Вегенеру.

— Группы заняли исходные позиции, все готово, — подтвердил тот.

— Итак, договорились. Начинаете ровно в двадцать три пятьдесят.

В комнату ввели заключенного. Мельцер начал без предисловий.

— Что касается лично меня, Баадер, я бы вас расстрелял. Но, к сожалению, это не в моей компетенции. Вас решено обменять на заложников в самолете.

Террорист усмехнулся.

— А я и не сомневался, что вы струсите.

— Да, такие мы все трусливые, Баадер. Нам до вас далеко. Жаль. Но вы сами делаете свой выбор. Вы и вам подобные. Сейчас мы пойдем с вами к самолету и обговорим условия.

Никем не остановленные, в тишине сомалийской ночи, они шли к самолету. Шаги гулко разносились по бетонному настилу. Мельцер вспомнил о своем простреленном плече. Погода была довольно прохладной, сказывались ветры Индийского океана, и плечо его снова заныло. До самолета оставалось около двухсот метров.

«Ну ничего, — успокаивал себя Мельцер, — еще полтора месяца — и все.

— Не торопитесь, Баадер, не торопитесь, — спокойно заметил он бежавшему рядом с ним террористу. — Время у вас еще есть. — Он посмотрел на часы. Двадцать три сорок семь. До самолета оставалось немногим более пятидесяти метров.

У трапа появились двое.

— Что вам нужно? — крикнул один из них.

— Я привел Баадера. Мы хотели бы обговорить условия, — Мельцер старался не кричать, но его голос отозвался громким эхом в ночной тишине.

— Вы один? — снова спросили из самолета.

— Конечно. И без оружия, — Зигфрид поднял вверх обе руки.

— Идите сюда. Но Баадер пусть идет следом за вами.

Чувствуя в затылок тяжелое дыхание, Зигфрид медленно поднимался по трапу самолета. Он успел лишь мельком взглянуть на часы. Двадцать три сорок девять. Остались считанные секунды. Вот, наконец, и дверь. В проходе стоят двое. Они внимательно оглядывают Баадера, кивают ему, один из них протягивает руку.

Сигнал.