Дронго. Книги 1-20

Догадываюсь, что она была под сомнением, иначе меня не послали бы.

«Кажется, я сделал все, что мог», – подумал он.

– Мы проанализируем ваши слова. У вас ко мне все? – в лице Бремнера не дрогнул ни один мускул. В этот момент Дронго почувствовал даже некоторую зависть. Американский резидент был не просто лучше советского. Профессионализм двух резидентов невозможно было даже сопоставить. (Справедливости ради необходимо отметить, что не всегда резиденты КГБ бывают так удручающе глупы.)

– Вы считаете, что я ошибся в своем анализе? – спросил Дронго.

– Не знаю, – Бремнер встал, – во всяком случае, благодарю вас за честную и откровенную беседу. – Он прошел к дверям, взял свой плащ, оделся, повернулся к Дронго. – До свидания. – Он не сказал больше ни слова, но в его взгляде Дронго почувствовал какую-то симпатию. Он улыбнулся на прощание американцу:

Бремнер закрыл дверь, даже не обернувшись.

«Кажется, эту партию я не проиграл», – удовлетворенно подумал Дронго.

Играть в парные игры за столом без партнеров практически невозможно.

Но в некоторых играх бывают моменты, когда партнер временно заблокирован или вышел из игры. И тогда основной удар нужно принимать на себя. В отсутствие Натали приходилось все решать самому. Когда он после ухода Бремнера позвонил Симховичу, это был тот самый момент в игре. Израильтянин не выразил никакого удивления. Он словно ждал этого звонка.

– Приезжайте ко мне домой, – просто сказал резидент МОССАДа, словно речь шла об обычной воскресной встрече старых приятелей.

 – Вы знаете, где я живу.

– Я помню вашу визитку, – ответил Дронго, – там указан адрес.

– Тогда договорились, – Симхович положил трубку.

Дронго вытащил два конверта, заготовленных заранее. На обоих был четко указан адресат. Это была его страховка на случай возможной неудачи в разговоре с израильским резидентом.

Выходя из отеля, он передал один конверт портье.

– За ним обязательно придут, – предупредил он.

Второй конверт он собственноручно опустил в почтовый ящик. Теперь можно было начинать следующий, самый ответственный тур игры.

На этот раз его автомобиль сопровождали только представители советской стороны. Американцев нигде не было.

Он подъехал к дому, вырулил машину на тротуар и, закрыв дверцу, пошел к воротам. Калитка у ворот открылась, едва он попал в поле зрения двух камер, стоявших по бокам.

«Они наверняка контролируют всю улицу», – подумал Дронго.

По традиции самые укрепленные резидентуры имели представительства МОССАДа.