Дронго. Книги 1-20

ЦРУ должно было знать о нашей игре. Не принять ее они не могли, мы давали понять слишком явно. Отказываться было невозможно, но их человек в Москве должен был сообщить, что это игра.

– Он сообщил, – сказал мрачно Дронго, – и американцы, чтобы не подставлять своего агента, начали следить за мной очень грубо, даже непрофессионально для ЦРУ. Но тут в дело вмешался МОССАД.

– Мы это установили, – кивнул Родионов, – но почему – до сих пор не знаем.

– Разгадка проста. У них в ЦРУ работает свой агент.

Не желая подставлять своего человека, они, в свою очередь, вынуждены были делать вид, что не знают о моей ложной миссии и принимают меня всерьез. Вот почему они убрали нашего связного. Видимо, в этот момент у них не было другого выхода. Американский агент, очевидно, был на грани провала.

Родионов молча кивнул, не прерывая своего собеседника.

– После этого в игру вступил Галинский, – продолжал Дронго, – по идиотскому недомыслию он убирает моего агента. И здесь начинается новая игра.

Американцы и израильтяне решили, что их дурачат, и в игру вступает еще один двойной агент Натали Брэй. Она профессиональный эксперт, агент ЦРУ. Но она завербована МОССАДом. И казалось, поставляет информацию им. Но с разрешения и одобрения самого ЦРУ. Вот такая двойная игра. Симхович все время твердил мне, что она агент ЦРУ и ей нельзя доверять. Это первый слой игры на данном этапе. Затем МОССАД организует два неудачных покушения. Еще тогда я понял, что это слишком много для них. Но Натали Брэй живой добирается до американского посольства. Американцы, в свою очередь, не доверяют МОССАДу, поставляя им через Натали ложную информацию. Израильский резидент Симхович, отлично зная, что это игра, принимает ее, играя по тем правилам, о которых вы мне говорили. Он идет к своей информации от противного, то есть строит ее на отрицании заведомой дезинформации. Используя этот фактор, мне удается подключиться к их игре и выявить истинные причины интереса ЦРУ и МОССАДа.

– Вы узнали их агента в Москве? – быстро спросил Родионов.

– Пока нет, но через два часа буду знать. Я предложил Симховичу обмен. Мы «забываем» о его агенте в ЦРУ, а он отдает нам американского агента в Москве. По-моему, обмен равнозначный.

– Пока нет, но я убежден, что через два часа получу имя агента. У резидента МОССАДа это последний шанс спасти своего агента в ЦРУ. Если бы даже меня не было, им следовало бы меня выдумать.