Одежда, очки, сноуборд сыграли свою роль.
Брент тоже гораздо больше похож на того Брента, которого я знала. Он кивает на наполовину растаявшие трамплины и улыбается, на щеках появляются ямочки.
– Ты думаешь то же, что и я? – спрашивает он.
– Точно, – отвечает Дейл.
Несколько минут я буду притворяться, будто у нас все так, как было, и мы все еще друзья.
Кертис определенно сомневается, оставлять Хизер одну или нет, но не спорит. Как я предполагаю, он предпочтет, чтобы Дейл пошел вместе с ним, а не остался здесь с Хизер.
Мало ли, что они натворят без присмотра.
– Будьте осторожны, смотрите, куда ступаете, – предупреждает Кертис. – Идем друг за другом вдоль линии движения подъемника.
– Понял, – говорит Дейл.
Мы тяжело поднимаемся вверх по склону. Киоск заперт, открытая площадка, где обычно выставляют шезлонги, пуста и покрыта поземкой. Небольшие пластиковые кресла свисают с каната кресельного подъемника и, поскрипывая, качаются на ветру.
– Как бы мне хотелось запустить подъемник, – говорит Дейл. – Чтобы не пришлось идти пешком.
В некоторых местах мы проваливаемся в снег по колено. Я иду вслед за Брентом и сильно запыхалась, но мне не хочется никому показывать, как мне тяжело. Перед Брентом идет Дейл. Он оглядывается через плечо, и я тоже оглядываюсь. Хизер все еще там, где мы ее оставили, сидит на снежном наносе рядом с главным входом.
Над нами маячат острые горные пики. Какая крутизна! Я содрогаюсь при мысли о том, что весь снег, которым покрыты эти горы, может сойти и обрушиться на нас. На нас на всех надеты страховочные пояса, все взяли с собой лавинные датчики.
Я отдала свой датчик десять лет назад вместе со всем оснащением для сноубординга. Но мой брат каждый год ездит кататься на сноуборде, и, к счастью, я смогла у него позаимствовать. Хорошо, что мне пришла в голову мысль взять его с собой.
Я расстегиваю молнию на куртке, но только сверху, и смотрю на датчик, маленькую голубую коробочку, ремнями прикрепленную к груди. Я проверяю светится ли экран. Самое худшее, что может случиться, – это оказаться погребенной под толщей снега и думать, включила ли ты этот чертов датчик или забыла.
– Какой красавец! – восклицает Брент, когда мы подходим к самому большому трамплину. Он поворачивает, чтобы пройти к нему.
– НЕТ! – кричит Кертис. – Это небезопасно. Идем след в след вдоль линии подъемника.
Брент фыркает, но поворачивает назад.
– Идеально подходит для бэкфлипа, – говорю я, когда Брент оказывается рядом со мной. – Попробуем на обратном пути.
