Где она пряталась все это время? – Он смотрит на Брента в поисках поддержки. – И зачем ей издеваться над нами?
Кертис проталкивается мимо нас, поднимает очки на лоб и начинает осматривать склоны, словно ищет взглядом Саскию.
– Насколько я понимаю, рации там нет? – спрашивает Дейл.
Кертис не отвечает. Он прищуривается, глядя вдаль.
Дейл явно раздражен, у него изо рта вылетает звук, напоминающий шипение, и он направляется в будку.
Я поворачиваюсь к Бренту.
– Что ты думаешь? Есть ли хоть один шанс…
– Нет. Это не она.
Брент отвечает мгновенно, как и в прошлый раз, когда я говорила о такой возможности. И это заставляет меня задуматься. Почему он так уверен? Он не может знать наверняка. Если только он…
– Но тогда кто это? – Я наблюдаю за его лицом – за той частью, которую вижу под очками.
– Я уже говорил тебе, – отвечает он ничего не выражающим голосом. – Это наверняка Жюльен.
– Ты на самом деле так думаешь?
– А кто еще-то? Он с ума по ней сходил в ту зиму. Вероятно, считает, что ее убил один из нас, и хочет нас за это наказать.
– Но зачем было ждать десять лет?
Ответа у Брента нет.
Мое внимание привлекает движение внизу на склоне. Что это? Я прикрываю глаза рукой от солнца. В «Панораме» не наблюдается никакого движения, здание погружено в тишину. Главный вход отсюда не виден – его закрывает самый большой трамплин, так что мы не видим и то место, где сидит Хизер. Мне показалось, что я заметила движущуюся фигуру, но больше я ее не вижу. Вероятно, это Хизер куда-то пошла. Я поднимаю голову и смотрю на небо.
Или это была тень от вон того облака?
Дейл выходит из будки с пустыми руками.
– Нам лучше вернуться назад.
Он смотрит вниз на склон и на здание. Может, он наконец понял, что было опасно оставлять там Хизер одну.
Брент смотрит на трамплины, явно уже планирует траекторию своего движения.
Возвращается Кертис. Он в последний раз смотрит на лист бумаги, потом засовывает его в карман.
– Пристегивайте крепления.
В окружающей нас тишине звуки щелчков, раздающиеся, когда мы пристегиваем сноуборды, звучат очень громко.
Этот звук вызывает миллион воспоминаний, и я чувствую, как меня охватывает возбуждение. Я фиксирую крепления и впервые за десять лет чувствую себя живой. Хоть выкину все это дерьмо у себя из головы, по крайней мере, на минуту.
Кертис первым выезжает на самый верхний трамплин – и вскоре уже парит в воздухе.
Брент издает радостный возглас.
Меня пробирает легкая дрожь. Мне страшно, но это хороший страх.
