Но хотя бы сейчас надо оставить её в покое. Полина – невероятная, и ей нужен хороший парень, желательно её возраста, с которым у нее будут нормальные отношения. А не я. Я, если честно, себя никому не пожелаю. Машка продержалась со мной два с половиной года, а ведь она была очень терпеливой! Но когда в её день рождения я уехал на решающую игру сезона, даже она не выдержала, поставив мне ультиматум. А ультиматумы мне ставить нельзя…
В начале августа договорились с другом после работы посидеть в новом ресторанчике.
По слухам, там были просто улетные стейки, но при этом не за все деньги мира.
Вадик опаздывал, я лениво листал меню. И вдруг что-то толкнулось в груди. Я поднял глаза и застыл: в ресторан входила Полина. Не одна, с двумя подружками.
У нас не такой большой город, глупо было думать, что мы ни разу больше не пересечемся. Случайность, обыкновенная случайность.
Я жадно впитывал каждую её черту: желтые лямки сарафана на загорелых плечах, выгоревшие на солнце волосы, розовая помада на идеальных губах.
И растерянные серые глаза. Она тоже меня заметила, и улыбка тут же сбежала с её лица. Полина неловко приткнула себя за столик, подружки щебетали рядом, а мы смотрели друг на друга. Я физически не мог отвести глаз, потому что внутри все болело от того, как я её хотел.
Невыносимо. Гигантским усилием воли заставил себя отвернуться, швырнул меню на столик и размашистым шагом вышел из ресторана. Остановился у входа, хватая ртом воздух. Черкнул другу, чтобы он уже не торопился – встречу отменяем, мне надо уехать, встретимся на выходных.
Как жаль, что я не курю! Вот сейчас точно что-то надо, чтобы успокоить взбудораженные нервы.
За спиной процокали каблучки, и рядом со мной оказалась Полина. Она молчала. Смотрела на меня.
Словно в каком-то наркотическом опьянении, я потянулся и взял её за руку. Узкая девичья ладонь с силой сжала мою, выдавая тот же голод, что терзал и меня.
Все так же молча я повел её за собой. Одна улица, поворот, вторая улица, поворот.
За углом недостроенный коттедж – я его по последней игре запомнил. Начали мы целоваться уже на первом повороте. Полина будто всхлипывала под моим натиском, лихорадочно гладила мои плечи, спину, пробиралась ладонями под футболку, под пояс джинсов. Я до синяков сжимал совершенные плечи и понимал, что на нас уже странно косятся люди на улицах. Чересчур откровенно, мы чуть не раздевали друг друга у всех на глазах.
