Я абсолютно беззастенчиво смотрела на него и будто невзначай касалась, натыкаясь на него в темноте. Роняла фонарик, ключи от машины и красиво наклонялась за ними, как бы случайно повернувшись попой к Андрею. Дешево? Дешево. Но ведь работает!
Правда, как выяснилось, не на одного Андрея. Тот смазливый парень – Рома вроде – решил, что это все для него, и очень активно увивался за мной почти всю игру, хотя в его сторону я даже головы не повернула.
Зато как бесподобно прожигал его яростными взглядами Локи! Ммм…Любо-дорого посмотреть! А вот Вика обеспокоенно косилась на самого Андрея.
Боюсь, таким она его видела в первый раз. Да что уж, я сама ни разу не видела его настолько раздраженным и нервным. Он срывался на ребят, грубил, дергался…
Из-за меня. Это все из-за меня. Я это видела, понимала, ощущала. Понимал ли он?
Зайдя в очередное заброшенное здание, я брезгливо поморщилась. Искать коды и разгадывать загадки мне в целом понравилось, но не в такой обстановке. Хотя ездить по ночному городу было классно! Нет, все же гонки – гораздо более интересная штука, чем этот их Энкаунтер.
Я лениво водила фонариком по стене в поисках нужной надписи, но тут моей шеи вдруг коснулось горячее дыхание, а знакомый запах наполнил ноздри. У меня рот моментально наполнился слюной – так сильно хотелось облизать его, вдохнуть аромат кожи, надышаться им.
- Полин, скажи, зачем? – голос был абсолютно безжизненный и какой-то больной, - Тебе нравится надо мной издеваться?
- А тебе? – тихо спросила я.
- Мы же договаривались, что не будем после этого встречаться, - мучительно выдохнул он, по-прежнему стоя за моей спиной, - Зачем ты пришла? Думаешь, мне легко тебя видеть?
- Ты первым нарушил договор, - напомнила я, - а потом струсил, когда я задала тебе прямой вопрос.
- Я не струсил, - с досадой возразил Андрей, - я просто…ах, черт, не могу больше!
И он приник губами к моей шее, жадно вдыхая запах кожи. В груди привычно обмерло, как было всегда, когда меня касался Андрей. Внутри разливалось тягучее, томительное желание – острое, как нож.
Мне нужно, чтобы он меня трогал. Я не смогу жить без этого.
Но ведь и я нужна ему! Почему же этот идиот никак не хочет это признать?
Я не собиралась отвечать на его прикосновения, но мое тело решило все за меня: само повернулось и прижалось к твердой горячей груди, за которой тяжело бухало сердце. Руки прошлись ноготками по коже – я знала, как его это заводит! – и крепко оплели шею. Губы прижались к таким любимым, таким желанным губам.
