Другая сторона. Том-17. Специалист

Это повышало эффективность, фактически создавало эффект резервуара ускоренного времени.

Никогда раньше он не разгонял свое сознание так долго и так сильно. Пустота разума и Око сжигали всю поступающую энергию. В результате он забил всю зону Восприятия невидимыми метками. Получился огромный шар.

Через него Алекс смотрел в центр мертвого кластера.

Откуда неумолимо приближалась Волна…

Вообще, шар был не лучшим способом, тут подошел бы Телескоп, но облако бесчисленных меток позволяло вывести матрицу на предел и… толкнуть дальше.

Мирам в этом процессе не участвовала. Алекс смутно чувствовал, что она тренируется управлять броней Шаран, но это ему никак не мешало.

Ощущения подсказывали, что матрица перешла в форсированный режим и быстро растет, однако в интерфейсе эта работа пока никак не отражалась. Видимо, требовалось время.

Тогда Алекс снял часть защит и дополнительно стянул к себе Бесформенность, чтобы усилить нагрузку. Это чуть помогло, но по всем расчетам ему потребуется не одна неделя, чтобы довести Око до эволюции.

«Ладно, сделаю, что смогу», — решил он и сосредоточился на наблюдении…

Волна выделялась на фоне Квазара, напоминая огромный вал, катящийся от центра к периферии. Стало понятно, что это не она возникла благодаря монстрам, а монстры перемещаются благодаря ей.

Иначе они, при всех своих впечатляющих возможностях, не смогли бы за пару недель преодолеть такие огромные расстояния. Волна Бесформенности была для них чем-то вроде океана света для мастеров пространства…

«Интересно, кто же ее запустил? — возник в голове вопрос.

Естественно, что ответов у Алекса не было. Поэтому он выкинул неуместные вопросы и сосредоточился на созерцании. Попытался выделить в Волне структуру. Даже Контакт подключал, который теоретически хорошо подходил для изучения таких исполинских явлений, как Червь, Кластер или Волна.

Однако мертвый кластер, наполненный Бесформенностью, сильно отличался от Ваантана, а Волна с монстрами внутри – от старшего брата. Она, наоборот, сопротивлялась любому исследованию.

В какой-то степени это было даже хорошо, поскольку сопротивление помогало развиваться. Это словно тренировка с дополнительной нагрузкой. Или спарринг с противником, который заведомо сильнее тебя, но зато не может дать сдачи.