Другая правда. Том 1

 — Видите, все отмечают, и в экспертизе, и в разных характеристиках, что он спокойный и уравновешенный. Никто нигде не отмечает, что он взрывной, агрессивный, легко впадает в гнев или еще что-то. Есть же люди суперфлегматичные, прекрасно владеющие собой, умеющие не терять самообладания ни в каких ситуациях.

— Есть, — покладисто согласилась Настя. — С этим невозможно спорить. Читаем дальше."

"Несмотря на внешнее спокойствие, демонстрируемое при рассказе о преступлении, оживляются вегетативные реакции, свидетельствующие о волнении.

— Ну и как вам? А теперь добавьте к этому гипергидроз и диспноэ, которые мы отметили вчера в заключении психолога. И не забудьте о вспышках ярости и гнева в детстве, на которые указывала мать, когда водила сына к детскому психиатру. Вам по-прежнему хочется сделать из Сокольникова супергероя, эдакого Бэтмена российского розлива или Джеймса Бонда? Дальше в заключении приводятся цитаты из высказываний самого Сокольникова во время беседы с психиатром: «Суда не будет, я это для себя решил твердо», «Не хочу, чтобы злорадствовали».

— А как… ну, то есть я не понял, почему Сокольников считает, что суда может не быть. Что значит «я это решил твердо»? — с удивлением переспросил Петр.

— Вот и мне интересно. Предположения есть?

— Если только он запланировал покончить с собой до суда, — выдвинул свой вариант Петр.

— Отлично, принимаю. Еще?

— Или ему адвокат ясно дал понять, что все на мази, со всеми договорился, следователям дал, судье тоже конверт занес…

— Судья еще не назначен, потому что предварительное следствие не окончено и дело в суд не передано. Но в принципе схема годится: адвокат заблаговременно договорился с председателем суда, в котором будет слушаться дело, что судью назначат покладистого, сговорчивого, умеющего «правильно» вести судебные заседания. Но такой вариант годится именно как схема, в жизни он не особенно надежен.

— Почему?

— В девяносто восьмом году в судах работали юристы еще советского призыва. С ними не так просто было договориться. Звонок или намек из горкома партии или откуда-то повыше — это да, срабатывало, но при советской власти все так жили. А вот конвертик от адвоката с риском спалиться перед операми — в те годы еще было страшновато, да и брезговали многие. Но, повторяю, как схема — пойдет.