Другая правда. Том 1

Тогда журналистов пришло бы раз в пять больше и активность была бы выше. Почему не догадались? Хорошо еще, что та ушлая девица хоть что-то предварительно разузнала про Волохину, ее вопросы внесли оживление, дали пищу для публикаций. А без этого вообще можно было бы считать, что „прессуха“ провалилась»."

"В холле он успел перехватить пару бутербродов и выпить стакан сока, прежде чем всех пригласили в тот же самый конференц-зал для участия в аукционе. Аллу и Владимира Юрьевича он нашел в обществе двоих мужчин, работавших в «Матадоре», и был им представлен в качестве «нашего молодого, но очень близкого друга, будущего писателя».

Петр чувствовал себя польщенным и был весьма доволен тем, что уже начали завязываться знакомства в издательских кругах, что немаловажно для осуществления его далеко идущих планов. Он тут же, с места в карьер, заявил сотрудникам издательства, что пресс-конференция была организована неграмотно и нужно было сделать вот так, а сделали вот эдак…

— Если бы не эта Волохина из хосписа с ее семейной драмой, вообще был бы полный караул, — авторитетно заявил журналист.

 — Это я вам как профессионал говорю.

Сотрудники издательства сдержанно улыбались, слушая его, и было понятно, что мнение какого-то там зеленого юнца из далекого города интересует их меньше всего на свете.

— Пойдем-ка, — Владимир Юрьевич потянул его в сторону широкой лестницы, ведущей на второй этаж, — аукцион начинается. А что за Волохина с семейной драмой? Интересная история?

— Подробностей не знаю, ответы на вопросы были очень скупыми, но, похоже, там все непросто.

Представляете, у Волохиной отец — богатый предприниматель, а она работает за копейки и даже не каждый месяц зарплату получает.

— Что же, отец ей совсем не помогает? — недоверчиво спросила Алла. — Не может такого быть!

— В том-то и дело, что отец то ли выгнал ее из дому, то ли она сама ушла, я не понял. Короче, они уже два года не общаются. Совсем.

— Господи! — всплеснула руками Алла. — За что же можно выгнать из дома родную дочь? Если она работает в хосписе, значит, приличная порядочная девочка, не шалава какая-нибудь, не наркоманка…

Петр вспомнил длинный нос, очки в дешевой оправе.

Да уж, Екатерина Волохина — совершенно точно не шалава. И тут же перед его глазами встала ее потрясающая улыбка, обнажившая белоснежные ровные зубы и мгновенно преобразившая лицо, до этого бывшее скучным, обыкновенным, одним словом — никаким.

Аукцион начался.