За это Зара ненавидела Крейна даже больше, чем Керха, а еще за его ментальные пытки над людьми, но ничего поделать не могла. Во-первых, Крейн был сильнее, а во-вторых, представлял организацию, которая платила и Заре, и пяти десяткам песьеголовых наемников из расы Хран. Поэтому жаболицый вел себя с Керхом на равных. Впрочем, лидера хранцев это мало волновало – он относился одинаково безразлично к существам всех рас, кроме своих сородичей. Нужно убить людей – убьет. А если наниматель скажет зарезать Зару, то зарежет без единого вопроса, да и сам Крейн был для него всего лишь случайным нанимателем.
– Хорошо, тогда ждем. А вы смотрите внимательно: если свалится – сразу тяните назад, – проинструктировал песьеголовый своих собратьев хранцев, которые стояли рядом.
Зара тихо выдохнула: сейчас не время показывать страх и недовольство – есть еще надежда выбраться живой с этого проклятого задания.
– Если на сегодня все, то я пойду, – буркнула она в сторону.
– Иди, – отпустил ее Керх – даже его разрешение звучало как приказ.
В последний раз взглянув, как привязанная фигурка входит в барьер, окружающий долину, она отвернулась. Что будет дальше, Зара прекрасно знала: человек, снабженный дешевым блокиратором искажений, пересечет границу, найдет очередной осколок и принесет его. Устройство позволяло ему беспрепятственно двигаться, но уровень бедолаги слишком низкий для таких вылазок, и каждое путешествие выпивало из него в буквальном смысле слова все соки. Обычно люди могли выдержать два похода, после чего падали и больше не вставали.
Но у Фрэнка пятый уровень, поэтому он перешагнул барьер в третий раз.
Зара шла и думала, как же ее угораздило вляпаться в такое дерьмо? А то, что это дерьмо, она поняла в первый же день, через несколько часов после высадки. Никакие это не контрабандисты, а черные собиратели. Зара о них слышала раньше, но не думала, что будет им помогать…
Когда Червь присоединяется к новой планете, он неизбежно разрушает ткань мира – естественный, но болезненный процесс.
Обычно это катастрофическое событие проходит мимо внимания аборигенов, занятых либо выживанием, либо освоением небольшого кусочка Изнанки.
Только цивилизации постарше и поопытнее знали, что в момент соединения появляются артефакты – осколки мира, которые никаким другим способом добыть невозможно, даже при разрушении Изнанки.
Осколки быстро исчезали: те, что попали в долину, поглощались Червем, снаружи – самим миром.
