— Но совет…
— Насколько я мог понять совет хочет результата, а его не будет, если вы начнете препятствовать учебе. А теперь прошу вас выйти, обо всем, что будет происходить, я лично вам перескажу. — Безапелляционно заявил Обрейн и Николас, скрипнув зубами, вышел, а за ним и его собрат, так и не проронив и слова.
Виолетта только выдохнула, а после ей было не до переживаний. Все ее внимание занимали объяснения Обрейна и ее беспомощность. Она и представить не могла, как сделать так, чтобы перейти на магическое зрение.
Да и сам вопрос его существования ее несказанно смущал.
Когда все доводы и примеры потеряли смысл, Обрейн вздохнул и надел на нее все тот же кулон, что она одевала в день выбора. Вмиг все поменялось, она видела потоки своих мужчин, яркие краски, которые были, как будто прикреплены к ней и тянулись от нее, но большим шоком для нее был все та же красная нить, оборванно висящая возле демона.
Сглотнув, она несколько секунд смотрела в одну точку, не зная, что делать и стоит ли вообще говорить об этом.
Решив пока не спешить с откровениями и как минимум обсудить это дома с мужчинами, она старалась найти внутри себя магию, которую она должна передать и все опять заканчивалось провалом.
Под конец занятия она обессиленно опустилась на пол, подводить ожидания своих мужчин ей совсем не хотелось, хотя они и не выглядели расстроенными. Мурашш тепло улыбнувшись, поднял ее на руки, прижав к себе, как самую дорогую ношу во всем мире.
— У тебя все получиться, просто нуж-жно больш-ше практики.
А мы будем рядом. — Шепнул он ей, ласково целуя ее в висок. — Я люблю тебя, моя малыш-шка.
Виолетта после слов мужчины только сильнее зарылась в его шею, понимая, что он во всем прав. Ничего не дается просто так и сейчас ей нужно будет просто лучше стараться.
Когда Виолетта, разомлевшая тихо радовалась, что они идут домой, ее мечтам не суждено было сбыться. Для нее, как для пришлой сделали еще два занятия с эльфийкой. Лаириэль, без особого энтузиазма, рассказывала об истории мира. Битве, которая была между расами, и от рассказа о которой у Виолетты разболелась голова.
И, конечно же, совместное решение всех народов для создания совета, большинством голосов которого, можно решать те или иные вопросы.
— Я сейчас умру… — простонала Виолетта, оказавшись на мягком белоснежном диване.
— Не надо, сокровище, мы же без тебя никуда. — Ласково чмокнул ее в губы Родерик.
Мурашш на это только фыркнул, присаживаясь прямо на пол и начиная разминать Виолетте ноги.
