Приподняв голову, она увидела своего младшего синеволосого нага, сидящем в кресле. Вот только глаза ее расширились, когда она поняла, что мужчина абсолютно голый.
— Он наказан. — Хмыкнул Тейлор, покусывая ее плечо и не сдерживая смешка.
— Почему? — Выгнулась Виолетта, ощутив руки Крашша на ее уже голых бедрах, вопрос, когда мужчина успел ее раздеть, она решила не задавать, все равно ответа не узнает.
— Потому что не дал тебе набраться сил после занятий. — Рыкнул Роедрик, играя с ее набухшими от возбуждения сосками через ткань свитера, который был для него точно лишним.
"
"Приподнявшись. Виолетта стянула с себя свитер, а после и бюстгальтер, лишиться одежды ей не особо хотелось, как и ходить по магазинам. Родерик довольно рыкнул, заставляя ее лечь обратно и накрывая набухшую горошинку соска своим ртом, Тейлор на это только усмехнулся и медленно провел языком по второму соску, поглядывая Виолетте в глаза.
— Мурашш… — простонала Виолетта, теряя последние крупицы разума. — Иди к нам, я хочу, чтобы ты был рядом.
Мурашш, как будто и ждал ее приглашения, улыбнулся, усаживаясь рядом с Крашем, который начал растирать влагу по ее складочкам, иногда засовывая палец в горящее в нетерпении лоно. Что-то, шепнув брату, Мурашш соскочил с кровати и вышел, Виолетта думать о странностях мужчин уже не могла, ерзая на месте от переизбытка желания.
Переглянувшись с Тейлором, Крашш лег на спину, усаживая на себя Виолетту верхом, от чего она не сдержала громкого стона удовольствия.
Поерзав на месте лучше устраиваясь, Виолетта немного приподнялась, опускаясь на твердый член, блаженно закатывая глаза.
— Я готов смотреть на эту картину всю жизнь. — Шепнул ей Родерик на ушко, от чего ее щеки порозовели. — Ты так соблазнительно двигаешься и стонешь…
Взяв себя в руки, Виолетта поцеловала Родерика, понимая, что ей, как минимум стоит привыкнуть к такому откровению, которое любят ее мужчины. А после, выдохнув и вдохнув, начала двигаться на Крашше, с каждым разом все быстрее, блаженно закрывая глаза и постанывая
Родерик и Тейлор гладили ее грудь, поглаживали клитор, доводя ее до исступления и сорванного голоса.
Вот только находясь почти на пике удовольствия, она резко замерла, ощущая поглаживания у себя на попе и иногда проходящийся палец по самой дырочке ануса.
— Не бойся… — Прошептал ей на ухо Мурашш. — Я не сделаю ничего плохого, тебе понравится, малыш-шка.
— Я… — начала она, но резко замолчала.
